Боло!

Только “приказы” Джексона давали ему разрешение предпринять попытку, но если и была хоть какая-то надежда на успех, то именно он должен был убедить мельконианцев в своей решимости, и они с Джексоном оба это знали.

— Я линейное подразделение Один-Ноль-Девять-Семь-SHV, — ответил Шива на безупречном мельконианском.

— Вы и есть тот самый Боло? — даже Джексону показалось, что Тарск настроен скептически. — Я так не думаю. Я думаю, что это человеческая уловка.

— Я - Боло, — подтвердил Шива, — и у меня нет необходимости прибегать к ”уловкам“, коммандер Тарск-на-Маракан.

— Тогда почему ты этого не делаешь, будь ты проклят?! — внезапно закричал Тарск, его голос был хриплым и уродливым от отчаяния, вызванного его многолетней борьбой за спасение его народа.

— Потому что я не хочу, — тихо ответил Шива, — и потому что мой Коммандер разрешил мне этого не делать.

Ответом было ошеломленное молчание. Оно длилось бесконечно, выражая бессловесное недоверие, которое продолжалось, и продолжалось, и продолжалось, пока, наконец, Тарск не заговорил снова.

— Разрешил... не уничтожать нас? — прошептал он.

— Утвердительно, — ответил Шива.

— Но... — Тарск прочистил горло. — Боло, мы не сможем улететь, — сказал он с некоторой мрачной гордостью. — Я не буду скрывать этого от тебя. Ты хочешь, чтобы я поверил, что твой командир действительно позволит нам жить на одной планете с его собственным народом?

— Он так и сделал.

— Тогда он, должно быть, сумасшедший, — просто сказал Тарск. — После всего, что мы сделали друг другу, после всех смертей и разорения.... Нет, Боло. Риск слишком велик, чтобы он согласился.

— Для него нет никакого риска, — решительно заявил Шива.

— Тогда что вы нам предлагаете? — голос Тарска звучал озадаченно, и Джексон затаил дыхание, когда Шива ответил."

"— Ничего, кроме твоей жизни... и жизней твоих людей, — тихо сказал Боло.