Бог Гнева

Переходим к более важной теме, ты помнишь, что только что произошло? — спрашиваю я с такой беспечностью, что это меня удивляет.

Глаза Сесилии расширяются и падают на то место, где ее вырвало ранее, затем обратно на картину, через которую она наблюдала за Лэндоном.

— Ты болен — говорит она мне, губы дрожат.

— За то, что я показал тебе истинную сущность Лэндона?

— За то, что показал мне секс. — Ее горло с трудом сглатывает, и она снова чувствует тошноту. — Мне не нравится смотреть на это.

— Поэтому тебя вырвало?

Она кивает один раз.

"— Я знаю. Я ханжа. Ава и Реми говорят мне это все время. Не нужно мне напоминать.

— Ты не ханжа, если тебе нравится, когда тебя преследуют в темных местах.

Ее тело застывает, и красный оттенок снова покрывает ее щеки. Словно пролитая на землю кровь, ее кожа вспыхивает и нагревается с захватывающей скоростью. А затем она поглаживает боковую часть своего носа.

— Ты можешь не поднимать эту тему?

— Почему? Ты стыдишься этого?

Ее губы раздвигаются, прежде чем она снова кивает их и смотрит в сторону.

Хм. Интересно.

Она стыдится этого.

Сесилии не нравится, что у нее есть эта наклонность. Вероятно, ей потребовалось много времени, чтобы признаться себе в этом, и регистрация в приложении была первой попыткой действовать в этом направлении.

Вероятно, она думала, что не очень-то принц Лэндон сможет удовлетворить ее извращения, и они ускачут в закат на его черном коне.

— Тебе не было так стыдно, когда ты накинулась на Лэндона.

— Лэн совсем другой, — шепчет она.

— Другой. — Мой голос, должно быть, передает темных демонов, кружащихся в моей голове, потому что ее широкий взгляд возвращается ко мне. — Чем он отличается?

— Просто... другой. — Осторожная опаска покрывает ее тон. Никаких попыток смягчить его или скрыть ложь.

— Ты только что видела, как он трахается с другой девушкой, и ты все еще думаешь, что он другой?

— Я знала об этом. — Она поднимает плечо. — Я много чего знаю о нем и его темноте.

Другой.

Опять.

Я дергаю ее за волосы и сбрасываю с себя.

Она спотыкается, но приходит в себя, прежде чем упасть на землю.

— Что с тобой сейчас не так? — она снова смотрит на меня с осторожностью. Так и должно быть.