Блудный папа для сорванца

"

"Но он так четко разложил по полочкам мои ошибки, указав на них с «добротой» скальпеля, режущего по живому, что я теперь не знала, достойна ли я сама называться хорошей матерью…

С такими метущимися мыслями я провалилась в хрупкое забытье…

Очнулась от суматохи в доме Суворовых. Первое января здесь практически напоминало тридцать первое декабря, с тем различием, что больше не ждали боя курантов и приезда бородатого деда с внучкой, а просто расслабленно доедали остатки прежней роскоши и готовились гулять или просто отдыхать.

Когда я вспомнила о Снегурочке, мои мысли ожидаемо перетекли к Руслану и его стремительному пик-апу милой блондиночки.

Как-то незаметно они в клубе отделились от нас и скрылись в неизвестном направлении. Кого-то, возможно, ждет пробуждение в холодной одинокой постели.

Брр, когда я перестану это вспоминать? То, что Гриша, по его словам, оставил записку и гораздо больше купюр, немного смягчило застарелую боль. В самом деле. Я высказала ему свои претензии – и стало ощутимо легче.

В постели я проснулась одна.

Да уж. Я точно не из тех девушек, которые радуют глаз в любом виде. Свой собственный и подписчиков в инстаграме. Самая обычная помятая девушка с остатками макияжа на лице.

В самый разгар нанесения нового в ванную после короткого стука просочилась Тая, на ее лице блуждала игривая улыбка, а глаза заговорщически блестели.

– У нас с Суворовым тоже ведь всё было очень сложно, ты знаешь. И мне тоже не нравился их бизнес. Я так ему и сказала. Особенно эти закрытые аукционы… – Сделав большие глаза, Тая не закончила фразу, которая и так была понятна.

Негоже семейным мужчинам ночами по клубам шататься, где разные девки и алкоголь рекой, а то и еще что похуже.

Я знала, что Саранский несколько лет назад стал заниматься детскими развлекательными центрами, а Таин муж открыл несколько ожоговых центров, но как-то не отдавала себе отчета, почему удачное партнерство распалось и Черкасов остался один.

Мог бросить и спокойно жить на деньги отца, если бы он был действительно таким мажором, каким я его всегда видела.