Блудный папа для сорванца

Мама купила внуку игрушки, одежду, так она прочитала лекцию, что мы его балуем и вырастим мажора.

– Это в какой-то степени даже забавно, – я откровенно рассмеялся. – Ты меня как раз и считаешь мажором. Выходит, Лиза права?

– Ересь-то не городи, сын, – отца аж передернуло. – Я тобой горжусь, ну, бывает, что немного по жизни направляю, но в целом ты практически идеальный продукт нашего с мамой воспитания.

– Наконец-то! Наконец-то я это услышал! Думал, ты только на смертном одре признаешься.

– Не ерничай, Гришка! А то свои слова назад возьму! Ты лучше мне кольцо покажи.

– Давай по порядку, сначала кольцо и предложение, потом со свадьбой будем определяться, – сказал я, поморщившись, и достал красную бархатную коробочку, протянул отцу.

– Хороший выбор, – он закивал, рассматривая тонкий аккуратный ободок с россыпью маленьких бриллиантов, покоящийся на атласной подложке. – Когда будешь предложение делать? Если хочешь в романтической обстановке и нужно куда-то поехать, то пожалуйста, мы Кирюшку на выходные заберем.

– Вам бы дай волю, вы бы его навсегда забрали, – со смешком заметил я.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

– Ну кто же виноват, что мне дети так поздно родили внуков! Когда твоя Лиза вторым забеременеет, я хочу знать всё и участвовать во всем. Вплоть до того, в какое время у нее токсикоз.

– Не гони лошадей, мы пока второго ребенка не планируем, пока просто вместе живем.

– Если вас не подталкивать, то вы и через десять лет не разродитесь! Так что насчет романтичной обстановки? Нужно внука забирать на выходные?

– Я решу и скажу, – ответил отцу, а сам подумал, что нужно срочно вызывать Юльку. Пусть огонь на себя берет. Я женюсь, надеюсь, что женюсь, у меня ребенок, а эта красавица продолжает строить карьеру.

И как будто в ответ на мои мысли, в конференц-зал ворвалась сестра, сегодня она сделала новую прическу: милые кудряшки-пружинки, уложенные в творческом беспорядке, облегающее короткое платье бежевого цвета с широким черным поясом – и мечтательное выражение лица.

– Опять, что ли, влюбилась? – встретил я ее вопросом.

– Кстати, об этом, – отец сложил руки на груди и хмуро посмотрел на дочь. – Юля, прекрати общаться с нашим партнером из Германии. Я этого не потерплю.

– Папа, ты опять лезешь в мою жизнь? – возмутилась Юля и взмахнула руками, бросая с громким хлопком принесенную папку на стол.