Блондинка в боевой академии. Не хочу жениться

Кажется старше, что ли… Словно то, что их волнует сейчас: девчонки, секс, отношения, – для него перестало быть важным. А может, и никогда не было.

– Думаешь, он не по девочкам? – с подозрением поинтересовалась Зейна.

– Судя по Сабрине, девочки его все же интересуют. Или интересовали… не знаю. Просто ему нужен друг. Как-то случайно вышло, что у меня немного получается им стать. И я ему помогу. Не могу подставить. Не после того, как он спас меня от Адама.

– А как же Натаниэль?

– Натаниэль уехал, а до этого четко сказал, что думает про отношения со студенткой.

– И ты не будешь бороться?

– Ты что? – Я невесело усмехнулась и допила бокал вина. – Я же Рина Флорейс. Я не бегаю за парнями. Это они бегают за мной.

– Да кто бы сомневался, – фыркнула Зейна и расслабленно прислонилась к кровати.

И в этот момент раздался стук в дверь. Я едва не выронила на ковер бутылку с остатками вина. Точнее, я-то выронила, просто Зейна успела подхватить.

– Да что же это такое… – прошептала я, пытаясь слиться с ковром.

Стук повторился. Я осторожно подошла к двери и замерла, прислонившись ухом к щели. Сердце бухало в груди, и больше всего хотелось провалиться сквозь пол, желательно прямиком в уютную кроватку в родительском доме.

– Кто там? – осторожно спросила дрожащим голосом.

– Подкроватный монстр! – раздраженно отозвался Сильх из коридора, и я второй раз за вечер облегченно выдохнула.

Даже открыть не сразу сумела. Оказывается, от волнения у меня начали нехорошо трястись руки. А может, не от волнения, а от алкоголя.

– Ты что, пьяная? – удивился он, шагнув в покои Натаниэля.

– Нет. – Я замотала головой и вытянулась по стойке «смирно», а потом возмущенно выдохнула: – Эй! А тебе-то что?! Ты же не мой настоящий жених! Что раскомандовался-то?

– Ага! И об этом уже знают все! – с обидой выдохнул Сильх.

Он раздраженно кивнул в сторону Зейны, которая сидела на полу и прижимала к себе пустую бутылку из-под вина Натаниэля.

– Я не все! – Подруга наконец отмерла и подала голос, осознав, что ситуацию надо спасать.

– Что известно одной девчонке, известно всем, – сказал Сильх.

– Нет. Я могила. Ничего не скажу, никого не выдам. Правда!

– Правда, – подтвердила я, а Сильх вздохнул и прошел в комнату.