Близость. Переходя черту

Я о ней вообще в таком ключе никогда не думал. Я тебе, блять, клянусь! Я хочу её защитить. Ты мой брат, а значит и Катя мне не чужая. Я не знаю, что было между вами этой ночью, но этого не должно повториться. Да включи ты, наконец, свои мозги. Она твоя сестра! Ты понимаешь это или нет? Ты не можешь так с ней поступить! Ты же её просто уничтожишь!

- Да не сестра она мне!!!

Сиваров замолкает на полусове и смотрит на меня так, как будто моя крыша окончательно махнула ручкой и, весело шурша шифером, свалила в закат.

- Чё ты несёшь?

Устало опускаюсь на диван и тру лицо руками.

- Она мне не сестра. Я приёмный ребёнок. Соседка вчера вечером просвятила.

Я рассказываю Игорю подробности нашей с Катей семейной драмы. Он внимательно слушает, хмурится.

- Чёрт, если это так, то я реально рад за тебя, Сокол. Потому что в последнее время на тебя без слёз было не взглянуть. Клянусь, иногда мне казалось, что ты совсем уже с катушек съезжаешь.

Я ухмыляюсь, потому что ему, чёрт возьми, не казалось, и я реально готов уже проститься с рассудком.

Мне не нравится в какую сторону клонятся наши отношения. Она отдаляется от меня, скрывает что-то, что явно застряло у неё в мозгах. Я вижу, что её мысли мучают её, но она не спешит ими делиться. И я понимаю, что для того, чтобы мне снова завоевать её доверие, нужно продолжать играть роль заботливого старшего брата, но я не могу этого сделать. Не могу дать того, чего она хочет.

Каждый мой шаг в сторону перестройки наших отношений на два шага отдаляет её от меня, но она тут же оттаивает, когда я проявляю к ней братскую любовь. Это чёртов замкнутый круг из которого я не могу найти выхода.

- Так что сейчас между вами происходит? – Сивый вырывает меня из размышлений – Судя по тому, что я застал вас в одной постели, я делаю вывод, что между вами что-то было. Я прав?

- Нет, не прав. – я устало тру переносицу, облокачиваясь спиной на спинку дивана. Башка трещит после вчерашней попойки, а ещё мне дико хочется курить.

- А дальше что делать будешь? Пристегнёшь её к батарее наручниками? – ёрничает Сивый. Сарказм так и сочится из него, словно слюни на подушку.