Благосклонная фортуна

Уж на что маркиз Хроммель считал себя опытным и много видевшим, и тот поразился, пытаясь хрипеть задыхающимся горлом:

– Такое впечатление, что там десяток людей подаёт и десяток разбирает! Ай да профи! Но если ещё пять минут такой подачи – то скала завалится от перегруза!..

В самом деле казавшаяся когда-то просторной площадка сейчас напоминала загроможденное несуразным количеством вещей пространство. Ржали кони, метались люди, скрипели натянутые верёвки, возвышались сброшенные вперемешку кучи трофейного оружия, продуктовых мешков, железа, дымились под висящими котлами притушенные угли.

"Когда внушительная толпа врагов двинулась по кромке плато к скале, Виктору пришлось свистеть нервно три раза, прежде чем спешащие урвать всё, что находилось внизу, мэтры ухватились за верёвки. Пока они поднимались, он не удержался от ругани и от дисциплинарного взыскания:

– Получаете по наряду на кухне за несвоевременное выполнение приказа!

– Ладно, командир! – пыхтел нисколько не обидевшийся Форш.

– А если бы конники двинулись вскачь? Да стрелами ваши задницы продырявили?

– Ну… тогда некому было бы завтра в наряд на кухню заступать! – хохотнул Слиш. А когда оказался наверху, сразу уставился на плато: – Ого! И куда это они прут? Неужели внаглую будут нас стрелами закидывать?

– Хуже… Башню собираются строить…

– Как это? Мы ведь её того… большой ба-бах сделали!

– Да мы только часть сковырнули.

– И как же они будут строить? – озадачился стоящий рядом маркиз Хроммель.

– Вот сейчас и понаблюдаем… – проговорил Виктор, оглядываясь вокруг себя и раздавая команды: – Ирин-тэ! Проверить состояние всего лагеря! Виконт! А ты проверь состояние пленных! Ну и раз у нас перерыв образовался… что наши поварихи скажут по поводу позднего ужина?

– Хватит всех накормить! – тут же отозвалась одна из недавних узниц, которую, похоже, остальные считали старшей в своей среде.

– Конечно же, с нас! – возвестил командир. – Скорее всего, нам ещё и выспаться не помешало бы… Чувствую, жаркий будет денёк.

Вот так с мисками в руках, нахваливая умелиц да проклиная копошащегося на плато врага, перешли к еде и наблюдениям.