Битва за лес

Выплюнув изо рта охапку каких-то листьев, целительница быстро приказала:

– Подержи-ка ее, чтобы я могла посмотреть! Вдвоем им удалось удержать отчаянно извивающуюся Медянку, и вскоре Пепелица вытащила у нее из пасти остатки ядовитых ягод. После этого целительница быстро разжевала во рту какую-то травку и сунула зеленую массу в разинутый крошечный ротик.

– Проглоти немедленно! – приказала она и добавила, обращаясь к Огнезвезду: – Это тысячелистник. Сейчас ее должно вытошнить.

Словно в ответ на ее слова, по горлу Медянки прошла судорога.

– Отлично, – ласково ворковала Пепелица. – Видишь, как славненько! Потерпи, Медяночка, скоро все будет хорошо.

Малышка жадно ловила воздух широко разинутым ртом, крупная дрожь сотрясала ее тело. Внезапно она вытянулась и замерла, закрыв глаза.

– Она умерла?! – не веря своим глазам, прошептал Огнезвезд.

Пепелица хотела что-то сказать, но ей помешал отчаянный вопль, раздавшийся со стороны входа в лагерь.

– Девочка моя! Где моя маленькая!? Синеглазка влетала в овраг, следом за ней мчался Ежевичка. Королева склонилась над Медянкой, синие глаза ее расширились от ужаса: – Что с ней такое?!

– Наелась смерть-ягод, – угрюмо пояснила Пепелица. – Но, кажется, мы поспели вовремя и помогли ей от них избавиться. Давайте перенесем малышку ко мне в пещеру, там мне будет легче присматривать за ней."

"Вместо ответа Синеглазка принялась вылизывать крапчатую дочкину шерстку.

Огнезвезд слегка расслабился и сразу вспомнил о Крутобоке. Он поискал глазами друга и увидел, что тот повалил Частокола на землю, поставил одну лапу ему на шею, а другую на живот и не дает подняться. Из уха у Частокола текла кровь, он злобно шипел и плевался, пытаясь освободиться.

– Что у вас происходит?! – резко спросил Огнезвезд.

– Почему ты спрашиваешь меня? – огрызнулся Крутобок. Впервые в жизни Огнезвезд видел добродушного толстяка в такой ярости. – Спроси у него!

Этот… этот кусок лисьего дерьма только что пытался убить котенка!

– Убить?! – изумленно переспросил Огнезвезд. Обвинение было настолько неожиданным, что в первое мгновение он так растерялся, что только глазами захлопал.

– Убить, убить! – раздраженно повторил Крутобок.