Битва за лес

Вот беда-то! Она может потеряться или пораниться…

– Или она уже в племени Теней! – внезапно прошипел Бурый, ощетинив шерсть на загривке. – Наверное, Звездоцап все-таки украл ее!

– Звездоцап сейчас в Речном племени, – негромко сказал Огнезвезд. – Там же, где и Чернопят с Частоколом.

Он увидел, как Буран вопросительно насторожил уши и понял, что должен как можно скорее поставить глашатая в известность о том, что происходит на противоположном берегу реки."

"– Ну и что? Он мог послать на это грязное дело кого-нибудь другого! – фыркнул Белохвост.

– Нигде поблизости не пахло воинами Теней? – быстро спросил Огнезвезд у Бурана. – Или Речными котами? Белоснежный воин молча покачал головой. – Нет, Огнезвезд.

– Выходит, Рыжинка ушла по своей воле, – пробормотал Огнезвезд. – Возможно, она просто решила тайком поохотиться в одиночку, – бодро сказал он, чувствуя непонятную тяжесть на сердце. Он сразу вспомнил, как Рыжинка разозлилась на Безуха, который в очередной раз попрекал ее родством со Звездоцапом.

– Расскажи мне все, что делала Рыжинка перед тем, как исчезла, – велел Огнезвезд.

– Ничего особенного, обычные обязанности оруженосцев, – Ежевичка растерянно хлопал круглыми глазами, голосок его взволнованно дрожал: – Мы с ней сменили старейшинам подстилки, принесли им поесть, а потом я пошел к Пепелице за мышиной желчью, чтобы поймать блоху в шерсти Безуха.

– А где ты искал?

– Сходил туда, где мы с ней рвали мох на подстилки, только там ее не было, – уныло объяснил оруженосец. – И обшарил овраг, где мы тренируемся.

Огнезвезд понимающе кивнул.

– А старейшин ты расспрашивал? Может быть, Рыжинка сказала им, куда идет?

– Да я сам их расспросил, – вмешался Буран, – но они не вспомнили ничего необычного.

– А Златошейка? – продолжал Огнезвезд.

– Златошейка в отчаянии. Я послал их с Кисточкой обшарить Высокие Сосны, но они пока не вернулись.

– Вы пытались выследить Рыжинку по запаху? – повернулся Огнезвезд к Бурому. – Конечно, – невесело отозвался воин. – Запах ведет до вершины холма, а там теряется.

Огнезвезд заколебался. Больше всего ему хотелось надеяться, что в исчезновении Рыжинки нет ничего необычного.