Билет на Лысую гору

Пес взял твой след!

– Схвачен? Тогда, может, скажете, как его зовут? – усомнилась Ирка. Интуиция подсказывала, что Эссиорх на свободе.

– Его допрашивал н-не я!

– Да уж конечно. В этом я почему-то не сомневаюсь! – снисходительно сказала валькирия.

Пегобородый маг ухмыльнулся. У него, как у всякого умного подчиненного, явно были свои заморочки с начальством.

– Н-неважно! Ты нарушаешь закон, с-светлая! Стражи не должны вмешиваться в дела м-магов! – настаивал магфицер.

– Я не страж. Я валькирия, – возразила Ирка.

– Валькирия на службе у света! Значит, по закону – ты страж, – напирал магфицер.

Ирка фыркнула, не теряя из поля зрения ствол пепеломета. Антигон, тряся головой, уже выползал на четвереньках из кустарника.

– Не факт, что если из А следует В, то из В следует А, – тоном патологической отличницы сказала Ирка, отвлекая внимание магфицера на себя. – Разберем простой пример: все рыбы умеют плавать. Так?

– П-предположим, – осторожно согласился магфицер, косясь на боевого мага, продолжавшего возиться с хрустальным шагом.

– Отлично. Но следует ли из того, что все, что плавает – это рыбы? Возьметесь ли вы утверждать и это?

– Н-ничего я не берусь! – сердито сказал магфицер, косясь на пепелометчика. Тот, старательно высунув язык, целил валькирии точно в лоб.

– Вот видите! – сказала Ирка назидательно.

– П-плевать на все, что я вижу. У меня приказ. Камень Пути – артефакт Лысой Горы и д-должен вернуться на Лысую Г-гору! – насупясь, возразил магфицер.

Пепелометчик вытер рукавом нос и недовольно покосился на начальство. Ему хронически хотелось бабахнуть. Слова же он не любил. Ему чудилось, что слова – всякие слова! – давят на его мозг, точно чужие пальцы.

– Сомневаюсь, что это артефакт Лысой Горы. Почему-то волхв Мировуд сделал все, чтобы спрятать его от вас. Будет честно, если Камень Пути достанется свету! – резонно возразила Ирка.

Молодые усы возбужденно запрыгали.

– Мировуд был изменник! Хранитель артефакта, возомнивший себя его властителем! Он поручил артефакт ученику и спрятал ученика в перстень.

– Все, что я должна, я прощаю! За все, что я простила, мне респект! – сказала Ирка.

Краем глаза она видела, что Антигон уже подобрался к склепу, готов к бою и ожидает лишь приказа. Его бугристый нос сиял в темноте, отбрасывая свет на бакенбарды.

Магфицер вздохнул.