Камень. Книга 9

 — Ты самый невыносимый из молодых людей, которых я знаю! Ты наглый, заносчивый, злой, отвратительный и гадкий!

— Еще добрый, светлый, отзывчивый, благородный и красивый, хоть и седой, — улыбался я и перешел на русский: — Будем и дальше ругаться, или ваше высочество все же соизволит смилостивиться и снизойти до простых смертных?

— Если только ты прокатишь меня на своем байке, — буркнула она тоже на русском, заметно успокаиваясь. — У нас в Скандинавии как-то не принято особам королевской крови на мотоциклах кататься.

"— Едешь ты с Еленой Панцулаей, а не со мной, а насчет экипировки договаривайся с кем-нибудь из девушек. И хватит уже на меня стучать своим родичам, это тебя не красит.

— Ты же обо мне… стучишь, — норвежка прекрасно уловила из контекста смысл этого слова.

— Не обо мне, а на меня, — поправил я ее. — Но ты права, так что претензия снимается. И пойдем уже к молодым людям, а то я рискую нарваться на вызов со стороны одного из твоих многочисленных поклонников.

— Только не говори, что испугался, — Соня явно решила окончательно сменить гнев на милость. — Да и кто посмеет вызвать на дуэль великого и ужасного Алексея Романова?

— Последнее слово всегда должно оставаться за тобой? — хмыкнул я.

— Именно…

За время нашего с Соней отсутствия молодежь успела разыграть немецкий и итальянский бренды, но встал другой вопрос — с чьей охраной поедем? Прикинув все за и против, я обратился к французской принцессе:

— Стефания, ваши вчера отлично сработали, может, и сегодня они нами займутся?.

— Это бы сняло массу проблем, — кивнула она. — Уже звоню. Где собираемся?

— Так на Золотой площади, — предложили братья Аль-Нахайяны, — там удобнее всего.

Предложение приняли единогласно и тут же дружно ушли с пляжа. Уже в отеле я позвонил Михееву и предупредил его о наших планах.

— Иван же едет с вами? — спросил меня подполковник.

— А зачем ему с нами ехать? — вздохнул я. — У него тут работы много…

— Алексей, мне что, твоему отцу звонить? Или Прохору?

— Да понял я, Владимир Иванович…

Ванюша неожиданной поездке обрадовался:

— Царевич, наконец-то я на «Гелике» нормально покатаюсь! Заодно отдохну от надоевшего Монако! Где вы, говоришь, собираетесь?.

* * *

— Женька, ты чего такая смурная? — Тамара Хачатурян смотрела с улыбкой на переодевающуюся подружку. — Опять из-за Романова?

— А из-за кого еще? — буркнула та.