Безупречная невеста, или Страшный сон проректора

Габи не планировала расставаться с верхней одеждой, даже несмотря на растопленный камин. Она ведь рассчитывала, что их беседа продлится минут десять, не больше.

Энтони повёл её в гостиную. С каждым шагом всё ближе было до той минуты, когда придётся начать тяжёлый разговор. Но и тут её планы вновь были нарушены. Разговор начал Энтони. Он развернулся к ней и неожиданно спросил:

— Габи, ты ждёшь ребёнка?

Они ещё даже не дошли до гостиной. Они ещё даже не сели в разные кресла, чтобы их разделяло пространство. Они были в тесном коридоре.

Слишком близко. Вот он, вот она. Его глаза, её глаза.

— Да, — Габи смогла ответить, не разрывая взгляда.

Острое чувство пронзило насквозь. Он знает. Это больше не тайна. Он теперь всегда будет знать, что та их безумная ночь, освещённая диким пламенем камина, дала начало новой жизни.

— А как ты понял? Уже заметно?

Она опустила взгляд на свой живот. И его взгляд скользнул туда же. А в следующее мгновение он, будто чтобы убедиться, приложил ладонь. Так нежно, что дыхание перехватило…

Она ведь собиралась не допустить прикосновений.

Она знала, как они на неё действуют. Огонь родился внутри и начал сладко жечь.

— Он иногда шевелится. Но так ты ничего не почувствуешь. Прижми сильнее.

Что Габи говорит? Зачем?

Энтони всё равно был осторожен. Медленно провёл ладонью с нежным нажимом сверху вниз. Пытка. Как перенести?..

— Габи, — он обнял её. Иначе бы она упала — колени подкашивались. — Ты сделала меня счастливым, — шепнул в самое ухо. — Я знаю, ты пришла сказать что-то болезненное.

Но это всё не важно. Теперь нас трое. Всё остальное не имеет смысл.

Габи вздрогнула на слове ""трое"".

— Ты не понимаешь! Нам никогда не быть втроём! — слёзы выступили на глазах.

Он нежно целовал её в макушку, прижимал к себе, а она, борясь со слезами, рассказывала, что единственный способ спасти малыша — расстаться навсегда…

Глава 73. За солью?

Энтони боролся с собой. Как же ему хотелось сделать то, что когда-то он мог себе позволить. Как он соскучился по тем ощущениям.

Как соскучился по её аромату, по её горячему дыханию, по её тихим стонам. Всё его естество кричало не слушать Габи. Потопить её сомнения в поцелуях. Она напугана и растеряна. Её трясёт. А он знает, как унять дрожь. Он знает, как её согреть. Если бы он дал себе волю, если бы сделал то, чего так страстно желал, Габи забыла бы обо всём. Они оба забыли бы…

…но Энтони не мог так поступить. Он должен был выслушать её. Должен был сначала убедить, что все тревоги напрасны.