Безмолвие Веры

– Все виновные наказаны, – продолжил он деловито, а потом передал ей одну из бумаг. – Поставь свою подпись.

Потянувшись к листку, она взяла его и посмотрела на ровные строчки. Верайя действительно почти не умела читать. Из-за этого сама Вера тоже едва ли понимала написанное. Она нахмурилась, глядя на мужа исподлобья.

– Боишься подписывать? – Эрион качнул головой. Казалось, он полностью одобряет ее поведение. – Правильно.

Он забрал бумагу, а потом поставил на ней свою подпись.

– Будем считать, что ты согласна.

Вера вскинулась.

"– Не волнуйся, – он криво усмехнулся. – Здесь написано, что вам с матерью начисляется вознаграждение за помощь в поимке опасных преступников. А еще то, что вы не должны распространяться об этом.

Вера удивленно на него посмотрела, а потом подняла руку и прижала ее сначала к горлу, а потом к груди. Эрион понял ее без слов.

– О том, что ты темный маг знаю только я. Заклятие не опасно для посторонних. Ты свободна.

После этих слов он встал. Вера тоже вскочила. Все происходило слишком стремительно.

Подскочив к нему, она схватила его за рукав. Эрион вскинул удивленно брови, но остановился.

– Имя – произнесла она беззвучно, одними губами.

– Ринон Эйбрасон, – неизвестно как, но он смог понять ее. Вера улыбнулась, отпуская рукав.

Спустя некоторое время в комнате кроме нее никого больше не было. Впрочем, одиночество длилось совсем недолго.

Глава 24

Вблизи она оказалась еще интереснее.

Не сказать, что Ринон думал об этой девушке постоянно, но время от времени ее образ всплывал в его мыслях. Он решил, что его просто заинтересовало то, как необычно вела себя ее магия.

Обладая положительным вектором силы, он должен был ненавидеть темных магов до зубного скрежета. Вот только правда заключалась в том, что ненависти не было. Они просто существовали и, по его мнению, ничем особо от прочих людей не отличались.

Да, у темных магов было куча пороков. Их методы оставляли желать лучшего, но Ринон видел в своей жизни достаточно, чтобы знать, порой так называемые белые маги способны действовать с куда большей жестокостью.

Конечно, он знал, что существовали люди, неспособные на умышленное причинение вреда другому человеку, но такие встречались редко.

Она явно пробудилась совсем недавно. Он знал это, хотя никак не мог понять, на чем основана эта уверенность.