Без царя в голове

Я немного подождала, а затем направилась следом за ней, держась все же на довольно приличном от нее расстоянии. Можно было бы, конечно, обойтись и без данной меры предосторожности, так как о наличии у меня машины Миронова не знала и никогда ее не видела. Но я все же решила не рисковать.

Мы проехали через всю Столичную улицу, перекатили и через мост. Здесь машин стало гораздо меньше, и меня можно было заметить. Приходилось постоянно отставать и ехать за двумя, а то и за тремя впереди идущими автомобилями, то и дело выглядывая из-за них, как кролик из норы.

Через некоторое время Миронова остановилась у небольшого помещения с вывеской «Скупка» и вошла внутрь. Я притормозила в сторонке и принялась ждать ее возвращения.

Посещение данной лавочки наверняка было неслучайным. Просто так в подобные заведения приличные дамы не заглядывают. Я делала попытку разгадать причину этого поступка моей подопечной, но мне явно не хватало реальных фактов, а фантазировать можно было все что угодно.

Наконец появилась Оксана Владимировна и, сев в свою машину, покатила дальше.

Мы вернулись назад тем же маршрутом и лишь ближе к дому Мироновой повернули направо. На улице Ракова сделали еще один поворот, и тут я едва не упустила ее машину из виду. Какой-то козел на «уазике» хотел обогнать меня и завернуть в проулок. Я в тот же самый момент как раз решила прибавить скорость, чтобы совсем не отстать от Мироновой.

На мое счастье, Оксана Владимировна успела отъехать не слишком далеко. После этого мы проехали еще пару кварталов и остановились возле детского парка. Миронова припарковала машину на стоянке и быстрым шагом направилась в парк.

Посещение парка тоже не было чистой случайностью — мою подопечную там ждали. Это был средних лет мужчина не слишком высокого роста, по лицу которого можно было предположить, что его обладатель имеет весьма нечистое прошлое. На такую мысль наводили тяжелый, постоянно зыркающий по сторонам взгляд, тонкие сжатые губы, впалые щеки. Голова ожидавшего, как и положено у крутых парней, представляла собой «вытоптанное мыслями поле».