Без царя в голове

Дальше его поведение вообще перестало поддаваться описанию: в речи замелькали пошлые словечки, руки замельтешили по моему телу, не останавливаясь нигде ни на секунду. Между тем он все же ответил на мой вопрос:

— Ты, давай, говори напрямую, кого убрать надо? Я те не чмо какое-нибудь. Захочу, будут люди. За такие бабки, что у меня, они самого президента замочат, — произнес он, пытаясь отыскать концы шнуровки моих джинсов.

— А ты что, уже этим занимался? Так уверенно говоришь… — всячески мешая Георгу завершить начатое, спросила я.

— Ты че, охренела, что ли? Ну и бабы пошли! Все им замочить кого-то надо. Я такой байдой не занимаюсь, у меня свои методы. Я ведь адвокат, а не так себе… — высоко подняв голову и растопырив пальцы веером, пояснил он, дав мне тем самым немного времени, чтобы отдохнуть от его приставаний и приготовиться к новым. Потом он продолжил: — Сворачиванием голов только тупорылые занимаются. Но если тебе надо, сведу и с такими. Но это все завтра, а щас, крошка, давай свалим из этого поганого места.

Я выяснила почти все, что хотела, а потому могла уже попытаться исчезнуть. Но тут мне пришла в голову еще одна мысль — о фотографиях Чиликовой. Если они сейчас находятся у Георга, значит, он все же связан с убийством. Причем как с первым, так и, очень возможно, со вторым.

А вот если нет… Как же я раньше об этом не догадалась…

— Милый, — заговорила я ласково, — давай еще немного выпьем, а то у меня что-то в горле пересохло. А уж потом поедем.

Георг не стал спорить и, подняв вверх руку, щелкнул пальцами.

— Знаешь, дорогой, а ведь я тебя где-то уже видела.

Он кивнул:

— Мало ли… Тарасов еще та дыра, тут всех по пальцам пересчитать можно.

— На все сто уверена, что видела. Только вот где?

Я сделала задумчивое лицо и на время отстранила Миронова от себя, жестом попросив не мешать моим размышлениям. Георг терпеливо ждал.

— Ну, — через секунду возобновил он свои приставания, — вспомнила?

— Подожди еще секундочку.

На лице Георга появилось какое-то странное выражение: удивление одновременно с недоверием, а руки сами собой прекратили движение по моему телу. О чем-то подумав, он протянул:

— Не-е-е! Такого быть не может. Я фоткаться не люблю.

— Да говорю же, видела! Мне женщина одна показывала их. Ты там еще в таких прикольных позах снят: стриптиз вроде показываешь.