Измена. Вернуть истинную (СИ)

Погрузим в сон, подлатаем, и будет как новенькая.

— Погрузите в сон? — словно эхо, повторяет Арран, и мне вдруг не нравится его довольная усмешка. Совсем не нравится. — И ей ведь не обязательно быть именно здесь? Домашний режим также уместен?

— Разумеется, мистер Мэрвир.

— Что? — подскакиваю на кровати, пытаюсь сесть. — Нет! Зачем в сон? Я не хочу!

— Спокойно, мисс, — строго останавливает меня целитель. — Не двигайтесь, это чревато! Я сказал, лежите!

Последние слова сказаны на повышенных тонах. Моё лицо вдруг накрывает лимонно-белой вспышкой усыпляющего плетения.

Последнее, что я вижу — пристальный взгляд ярко-синих глаз, смотрящих в самую душу. А потом пространство схлопывается, и я погружаюсь в темноту.

Солнечный свет греет щёку, нагло пробирается под ресницы, заставляя их трепетать. В память врываются недавние события, и я резко открываю глаза. Верчу головой по сторонам, щурюсь от яркого света, заливающего палату.

— Ты что здесь делаешь? — спрашиваю удивлённо у Ларса, развалившегося на соседней кровати.

Дракон лежит на боку, подперев голову согнутой в локте рукой и беззастенчиво меня рассматривает.

— Пришёл навестить, — пожимает плечами.

На Ларсе тёмно-синяя форма адепта. Серебристые волосы разметались по плечам. Солнечный свет раскрашивает их в светло-платиновый, создавая волшебный ореол.

Опускаю голову вниз, осматривая себя. На мне белая хлопковая ночная рубашка под горло с длинными рукавами. Кто-то меня переодевал, пока спала?

Отбрасываю простыню, смотрю на пострадавшую ногу.

И я по-прежнему в Академии. Это радует. Чего не скажешь о наглом драконе на соседней койке.

— Как тебя, вообще, пустили? — поворачиваюсь на бок и отзеркаливаю его позу.

Тоже упираю голову в согнутую в локте руку и отвечаю Ларсу таким же беззастенчивым взглядом.

Парень усмехается и поднимает бровь:

— Думаешь, я кого-то спрашивал? Тихо прошёл, пока у них пересменка, и всё.

— Ясно.

— Не рада видеть?

Пожимаю плечами.

— Ну, и зря. А я рад. Что ты цела. Всю ночь не спал. Волновался.

Его взгляд слишком пристальный. Слишком…

— Послушай, Ларс, — морщусь я, решая прояснить раз и навсегда, что между нами не может быть ничего, и попросить, чтобы заканчивал свои подкаты.

— Не надо, — прерывает меня он. — Я не дурак, Лея. И не слепой. Одного не пойму, где твоя метка?

— Какая.