Измена. Вернуть истинную (СИ)

Шею обжигает болью, и спустя мгновение я вижу на ладони Чаза кольцо на порванной цепочке. То самое кольцо, которое меня силой заставил надеть Арран.

Арран… сейчас далеко и понятия не имеет, во что я влипла…

Теперь понятно, что это были за вспышки — кольцо предупреждало об опасности и гасило проклятия, которые в меня летели. Чаз тоже понимает это. Ухмыляется, показывая неровные жёлтые зубы:

— Вот в чём всё дело. Древний защитный артефакт. Впечатляет. Милая игрушка, больше она тебе не поможет.

— Почему? — выплёвываю ему в лицо.

Он выпрямляется, небрежно подбрасывает на ладони кольцо, затем прячет его в карман брюк. Пожимает плечами:

— Я ведь предупреждал, что доберусь до вас, и что вы у меня получите? Думаете, можно издеваться над людьми и вам за это ничего не будет? Будет. Я доберусь. До каждого.

— Я над тобой не издевалась!

— Ты путаешься с Говардом и его прихвостнями, значит, одна из них. Я вас видел вдвоём, и не раз. Не прикидывайся.

Смотрю на него, и понимаю: бесполезно что-то доказывать, он всё для себя решил.

— А другие? — киваю на холм. — Вейра?

— Получили по заслугам. Хватит болтать. Времени мало.

Чаз быстро работает пальцами, выплетая из всполохов тьмы чёрный жгут.

— Как это благородно! — внимательно слежу за его кривыми пальцами с чёрными ободками грязи вокруг ногтей. — Втихую мстить слабым девушкам. Парням дать отпор кишка тонка?

— Заткнись, — шипит он и бросает в меня чёрный жгут.

Вздрагиваю, когда чёрная верёвка ударяет в грудь, выбивая из лёгких воздух, и затягивается чуть выше живота, намертво привязывая меня вместе с руками к шершавому стволу дерева.

— Не волнуйся насчёт Ларса и его подсирал, они тоже получат. Все-все получат по заслугам. Включая тебя.

Закатываю глаза, провожая удаляющуюся спину Чаза. Смотрю, как он ковыляет прочь на длинных тонких ногах, смешно раскачиваясь из стороны в сторону и размахивая руками. Такой неказистый и безобидный мальчишка. На первый взгляд.

Что у него внутри — представить страшно. Кто виноват в том, что он таким стал? Ларс? Остальные, те, кто над ним издевался? Но ведь почему-то именно над ним. Почему? Окажись на его месте другой, он повёл бы себя так же? Или нет? Вопросы, на которые ответов не узнать.

В любом случае нет оправдания тому, что случилось с девушками. Мы не Боги, чтобы отбирать чужие жизни. А Чаз, судя по всему, возомнил себя судьёй и вершителем судеб.

Чаз останавливается за холмом.