Измена. Вернуть истинную (СИ)

Общее на двоих.

Не хочу думать ни о чём. Хочу раствориться в моменте и чтобы этот поцелуй не заканчивался.

Из груди вырывается стон, когда его ладонь пробирается под рубашку и накрывает мою грудь, болезненно и чувственно сжимает вершинку. Между ног печёт, тело отзывается на его прикосновения, на его близость, требует того, что только Арран может мне дать.

Аррана накрывает не меньше меня. Уплывающим сознанием отмечаю его прерывистое тяжёлое дыхание. Его полуприкрытые глаза.

— Лееея… Девочка моя…

— Ммм…

Впиваюсь ногтями в его плечи в ответ на болезненный жадный засос в шею.

Как я в очередной раз готова для него. Слышу звериное рычание над головой.

— Хочу тебя… С ума по тебе схожу… Иди ко мне, вот так…

Щёлканье металлической пряжки мужского ремня действует отрезвляюще.

Проклятье. Всё зашло слишком далеко. Как я умудрилась так потерять контроль? С ним всегда так!

— Нет! — упираюсь ладонями в его плечи.

Арран замирает. Смотрит на меня жадно, опасно прищурившись. Ноздри хищно раздуваются, играют желваки.

Я тяжело дышу. Рубашка расстёгнута, грудь вывалена поверх корсажа. Волосы спутанными прядями падают на лицо. Представляю, какой у меня видок сейчас!"

"Арран не намерен легко отступать — читаю в его потемневших глазах голодную решимость.

— Нет! — повторяю громко и чётко, не позволяя ему приблизиться, чтобы продолжить начатое.

Неловким движением кое-как поправляю корсаж, пряча в нём грудь. Провожу рукой по волосам, убирая назад спутанные прядки. Арран замирает. Смотрит на меня исподлобья немигающим взглядом, словно решает, отступить или ломать сопротивление дальше.

— Нет! — повторяю уверенно в третий раз. — Всё! Прости.

Тяжело сглатывает, пожирая глазами мои распухшие губы и грудь, наконец-то прикрытую корсажем.

— Ты права, — проговаривает хрипло низким бархатным голосом, от которого у меня мурашки по телу. — Потерпим до дома. Предупреждаю сразу, я намерен получить всё, что ты мне задолжала за эти дни, когда только вертела перед носом своей аппетитной задницей в этих обтягивающих штанах.

Он отвешивает мне хлёсткий болезненный шлепок.

— Ай! — шиплю обиженно и возмущённо.

— Ночь будет длинной, Лея.