Бестия в академии Драконов. Избавиться и не влюбиться

Еще более чужими, чем сейчас.

У сердца будто возникла пустота. Черная, неприятная, ледяная и жуткая.

– Хотела, – ответила я. А сама радовалась тому, что голос не дрогнул и даже не изменился. Все-таки за минувшие годы я научилась мастерски лгать и хитрить. – Но Дандри отказался.

Но этого мало. Надо нанести контрольный удар.

– Ему оказался не нужен подпорченный товар.

Получилось. Задела.

Карие глаза вспыхнули пламенем, и льдинки в их глубине моментально сгорели. А лицо будто окаменело. Лишь крохотные чешуйки янтарного цвета заискрили на левой скуле и у правой брови, выдавая истинные эмоции и чувства.

Можно было поздравить себя с маленькой победой. Я довела дракона. Прекрасно! Вот только радости я совсем не чувствовала. Черная дыра внутри меня набирала обороты, готовясь сожрать все вокруг.

Сама того не замечая, я перешла черту. И теперь не знала, как вернуться.

А Бенедикт вдруг оказался рядом. Сверкнул пожелтевшим взглядом и схватил меня за плечи, не давая даже шанса на то, чтобы сбежать.

А внутри все медленно умирало.

– Ты-ы-ы-ы-ы… – протяжно выдохнул он, до боли меня сжимая.

– Я.

– Зачем ты тут появилась?

– Случайно.

– Уезжай. Просто уезжай, – вновь приказал он, и его голос содрогнулся от сдерживаемой боли, а вместе с ним вздрогнула и я.

Притворяться больше не было сил. Улыбка сползла с лица, а следом за ней лопнула маска стервы, открывая и обнажая ту меня, о которой я почти забыла.

– Не могу…

Взгляд янтарных глаз медленно скользнул по моему лицу, остановившись на губах. Я успела лишь судорожно вздохнуть, когда он накрыл мой рот в болезненном поцелуе.

Поцелуи бывают разными.

Одни – мягкие и нежные, ласковые и трепетные, словно крылья порхающей бабочки. Осторожные и неуловимые, как зарождающееся первое чувство.

Другие – яркие, обжигающие, испепеляющие и немного сумасшедшие, как и страсть, которая огнем горит в крови любовников, не позволяя им даже на мгновение оторваться друг от друга, чтобы сделать спасительный глоток воздуха.

А есть… есть такие поцелуи, которые приносят боль. Нет, не физическую, а иную. И в то же время отказаться от них невозможно, нельзя остановиться, потому что там… в одиночестве еще хуже."

"Я не забыла вкус его губ. Он все такой же терпкий и сладкий, как горький шоколад с капелькой крепленого вишневого ликера.