Бессильный чемпион. Том 3

— Поэтому я не обвиняю, а только подозреваю. — Владимир сразу идет на попятную. — В любом случае, у Бородовых очень заманчивый родовой геном. Ментальное сканирование. Будь его носитель всегда у меня под боком, Тайная канцелярия добилась бы невиданных результатов. Может, ты помнишь — у Александра, помимо старшей, остались две несовершеннолетние дочери.

— К чему это ты?

— Ни к чему, — цесаревич разводит руками. — Просто взгляд в возможное будущее. Довольно привлекательное. Если бы вдруг и София почила, царская семья взяла бы опеку над маленькими княжнами?

Император медлит с ответом.

— Тебе бы это было позволено, сын, — слова падают тяжелыми камнями.

Для цесаревича же они звучат как скрип распахнутых врат.

* * *Лукино Сальдоре сидит на табуретке в дознавательской комнате. Обезвоженный, уставший, но руки сегодня развязаны, что неожиданно. Жандарм бросает на стол его паспорт подданного Российской империи.

— Вы свободны, маркиз. Ваши люди тоже. Некоторые, — поправляется. — Многие скончались еще до допросов.

Понятно — допытали до смерти. Наверняка, Бородовы со своим ментальным геномом постарались.

— Я могу идти? — хрипит итальянец.

— Соболезную, — жандарм не обращает внимания на вопрос. — Вашего дядю убили почти две недели назад.

Глухой удар сердца, разносящий по груди атомный взрыв.

— Кто? — тихо выдавливают сухие губы следующего маркиза Сальдоре.

— Князь Александр Бородов. — Ну, конечно. — Самого князя тоже не стало. Через три дня его дочь-наследница будет присутствовать в Кремле на Даровании Жалованных грамот на дворянство.

Лукино молчит. Какие подробности! Теперь, понятно, почему его отпускают. Непонятно, правда, чем Бородова насолила российским верхам. Но он не против помочь высшим инстанциям органов политического сыска. Орденом, конечно, маркиза не наградят, но чувство удовлетворенной мести — тоже неплохо, верно?

Не отвечая, маркиз сцепляет слабыми пальцами паспорт. Истончившиеся ноги с трудом встают и хромают к выходу.

— Границы города вы не имеете право покидать, — бьет его в спину деловой официоз жандарма.

— И не придется, — раздается тихий хрип. — Кремль же в городе.

* * *Церемония возведения дворянства только что завершилась.

Большой, двухъярусный зал. По обе стороны от входа вздымаются два золотых орла. На стене позади меня гобелен с еще одним вышитым орлом — двуглавым.

Я стою на сцене среди других счастливчиков, держа рамку с Жалованной грамотой.