Бессильная

Я поворачиваю голову к экрану и вижу, как я напрягаюсь, чтобы удержать лук в поднятом положении из-за боли в ране. Я вижу, как Кай бросается ко мне, когда я падаю на землю. Наблюдаю, как что-то похожее на беспокойство проступает на его лице, когда он пытается привести меня в сознание. Пытается сохранить мне жизнь."

"Я снова бросаю на него взгляд, но он сосредоточен на экране, не потрудившись ответить мне тем же. Я и не подозревала, что он может так смотреть на меня. Смотреть на меня так, как будто ему не все равно. Меня это одновременно расстраивает и пугает, но я не могу оторвать взгляд от сцены, разыгрывающейся передо мной, от сцены, разыгрывающейся перед всей толпой.

Я и не подозревала, как часто за нами наблюдают Зрения, и мое лицо стало горячим от того, что большая часть моего разговора с Каем, пока он накладывал мне швы, была передана на всеобщее обозрение. И толпе это нравится. Клянусь, я слышу коллективный вздох каждый раз, когда Кай прикасается ко мне или произносит мое имя, сопровождаемый ропотом ревности по этой самой причине.

Я наблюдаю, как Джекс перебегает от дерева к дереву, а затем Энди и он вместе кричат, когда десятки змей окружают их. Я наблюдаю, как Гера натыкается на Блэр, прежде чем завязывается беспорядочная драка, в которой последняя в основном кричит от разочарования, потому что не может найти своего невидимого противника.

Мы с Каем снова вернулись, и на этот раз я лечу его раны. Толпа гудит, наклоняясь, чтобы услышать наши подколки. Я бросаю взгляд на сидящего рядом парня, который не удосуживается посмотреть в мою сторону, хотя уголок его губ дергается, давая понять, что его это забавляет.

На экране мелькают изображения каждого из противников за эти дни: они сражаются друг с другом, одновременно борясь с опасностями, населяющими Шепот. Мы с Каем вернулись слишком рано, и…

О, Чума, нет.

К счастью, Зрение застал только самый конец нашего танца, пока Сэйди не прервала его, но и этого достаточно, чтобы толпа закричала от восторга. Не могу сказать, что я их виню.

Я смотрю на Кая, который, к моему раздражению, теперь ухмыляется. Я говорю тихим и очень взволнованным голосом: — Почему ты не сказал мне, что поблизости есть Зрение?

Его глаза наконец-то переходят на мои, заставляя мое сердце биться о грудную клетку.

Глупый, глупый орган.

Он наклоняется так близко, что его губы касаются раковины моего уха.