Беспокойное счастье, или Секреты маленького дракона

В голове в этот миг звучала лишь одна мысль: нужно выписать Чинитону достойные премиальные. Просто иначе мы непременно потеряем нашего возницу, а он такой замечательный и столько ужасов по нашей вине пережил. Одно только посещение Рестрича и встреча с драконами чего стоит. И пусть в город метаморфов возницу заманили не мы, а Гертон, но задержаться пришлось именно из-за нас.

А теперь ещё эта демонстрация силы! Да от такого зрелища даже у меня волосы на загривке зашевелились, что уж о непосвящённом в ситуацию Чинитоне говорить?

Но на этом история не закончилась.

Экипаж благополучно въехал в ворота, прокатился по подъездной дорожке и остановился у парадного крыльца. Мы с их светлостью выбрались из кареты, вошли в дом, избавились от верхней одежды, а вот дальше…

Изначально первым пунктом наших планов был ужин – ибо во дворце, увы, не накормили, и голод мучил обоих. Но Дантос повёл не в столовую, а наверх, в собственные покои."

"Я стремлению уединиться, конечно, не противилась – пребывала в уверенности, что мой спутник желает обсудить произошедший инцидент.

Едва мы вошли в гостиную, блондинчик запер дверь и повёл дальше, в кабинет. Его сосредоточенность будила иррациональное желание поёжиться и вообще испугаться, но я пугаться не спешила. Лишь оказавшись выведенной на середину кабинета, ощутила толику страха, который быстро ретировался под напором удивления. Просто я никак не могла понять, что именно мой сероглазый спутник затеял…

Когда он отпустил мою руку и, отступив на несколько шагов, замер, удивление достигло пика.

– Астрид дочь Трима, я освобождаю тебя от клятвы, данной твоим народом семье императора. С этого момента ты не несёшь никакой ответственности за действия своих сородичей.

Сгусток золотой энергии вспыхнул ослепительно и погас, а я осталась в полном неверии и шоке. Мне… мне ведь не почудилось? Или…

Додумать и проникнуться сомнениями я опять-таки не успела. Едва призванная их светлостью магия ретировалась, блондинчик решительно шагнул навстречу и обнял, да так крепко, что косточки затрещали.