Бесконечность не предел (Трилогия о числонавте Прохоре Смирнове)

— Талгат!

— Вы где, Данияр Тимофеевич?

Саблин хотел отшутиться, мол, у чёрта на куличках, но араб мог не знать русских шуток, и желание прошло.

— Мы переехали, Талгат. Вы сами где сейчас?

— В посёлке «Мечта», тут ваша полиция шмон устроила, всех проверяет, меня тоже. Но у меня дипломатическая неприкосновенность, меня задерживать не стали. Я нашёл ваш коттедж…

— Мы в семи-восьми километрах южнее, нашли убежище.

— Как вас найти?

— Выберись на тропу… хотя подожди, я сам за тобой приду в посёлок.

— Не стоит, пока сюда дойдёшь, да пока обратно… сам найду, не маленький, скажи только, как ориентироваться.

Саблин объяснил, как найти пещеру.

— Смотри, чтобы за тобой никто не увязался. Увидишь кого — сразу звони, связь здесь на удивление приличная, спутники летают чуть ли не каждую минуту.

Ждать Талгата пришлось три часа, появился он у тропы, где за камнями сидел Костя, уже в начале четвёртого, когда в горах начало вечереть. Костя помог арабу дойти до пещеры, вернулся обратно с бутербродом, который соорудила ему Валерия, и с бутылкой воды.

Саблин и гость потискали друг друга, затем Талгат и Волков обнялись, как старые друзья, хотя много лет назад представляли две разные спецслужбы: русскую разведку и арабскую контрразведку.

— Есть будешь? — предложил Сергей Николаевич. — Правда, всухомятку, горячего нет.

— Есть не буду, водички попью. И я не один.

Мужчины внимательно оглядели стены ущелья, Талгат усмехнулся, и Данияр понял:

— Ты… с Таглибом?

— Бери выше. Нас нынче трое.

— Ты, Таглиб… неужели и Дмитрий Дмитриевич?

— Документы показать?

Саблин смутился.

— Сюрприз, однако. Что вас заставило терпеть все трудности перехода?

— Мы недавно переселились. Обстановка изменилась, нужна срочная консультация.

— Сесть некуда, сами видите, как мы тут устроились.

Талгат, одетый по-походному, в туркомплект «горный», оглядел пещеру, привыкая к полумраку, покосился на стоящую у стены меркабу, возле которой возился Пётр Фомич.

— Потерпим. Почему вы перебазировались именно сюда?

— Пещеру не видно ни с тропы, ни сверху, подходы хорошо просматриваются, а главное — простреливаются.

Талгат присел на камень, оглядел расположившихся напротив мужчин, державшихся буднично, без суеты, покачал головой.

— Маловата наша армия.

— Какая имеется, — пожал плечами Саблин.

— Я к тому, что никто не знает о нашей миссии. А ведь мы, по сути, спасаем мир.