Беременность на миллион

А с грязных подгузников, истошного плача и требований срочно накормить изголодавшегося младенца. Прием у нотариуса запланирован на десять утра, и судя по тому, что сейчас на часах девять, а Саша до сих пор не почистила зубы, потому что у её груди мирно кушает младенец я понимаю, что дело плохо.

- Рус, подержи Егорку – я быстро! – протягиваю руки к сыну и беру его на руки, пока жена убегает в душ.

Мы с сыном долго наблюдаем за вращающимися игрушками над колыбелью, а потом Егорка опять прикрывает глазки и проваливается в сон.

Саша стоит перед зеркалом во весь рост и недовольно рассматривает своё тело, прикрытое коротеньким полотенцем, которое оголяет бесконечно длинные ноги. По моему мнению тело жены просто идеально. Особенно грудь, которая с началом грудного вскармливания увеличилась минимум в полтора раза.

- Ты готова? – спрашиваю хриплым голосом, потому что Саша приспускает полотенце и сосредоточенно рассматривает почти незаметные растяжки на груди.

- Я – уродина, - вздыхает Саша и отворачивается от зеркала недовольная собой.

- Котова, ты самая красивая и соблазнительная женщина, которую я только встречал в своей жизни, - говорю совершенно искреннее и судя по тому, как покрываются румянцем щеки Сашки – она действительно поверила мне. - Хочу тебя везде и всегда.

Кладу её ладошку себе на ширинку заставляя убедится в правдивости моих слов.

- У нас есть несколько минут для быстрого безудержного секса? – вкрадчиво спрашивает Сашка, обвивая мою шею руками.

- Может ну его, это наследство? – отвечаю вопросом на вопрос под звук открываемой молнии на ширинке. - И в таком случае выделим несколько часов для секса?

Саша становится на колени и отвечает откуда-то снизу:

- Нет уж, Зимин. Мы все успеем, обещаю.

Из ванной мы выходим, когда до приема у нотариуса остается двадцать минут. Сашка со скоростью метеорита напяливает на себя строгий брючный костюм, завязывает волосы в небрежный пучок будто так и надо, подхватывает проснувшегося Егорку на руки и несет на выход, как вдруг слышится звук громкой отрыжки, и сын срыгивает прямо жене на плечо пачкая чёрный деловой пиджак.

- Еще минуту, ладно? – Котова вручает мне довольного улыбающегося младенца, вытерев его лицо салфеткой и скрывается за дверью спальни.

Выходит спустя пять минут в подобном кремовом костюме, садится рядом с сыном на заднее сиденье автомобиля и сообщает, что готова к поездке.