Беременна от миллиардера

— Не слишком поздно для визита?

— Отнюдь! Ты же всё равно будешь метаться по комнате, дожидаясь его возвращения. Поверь, я знаю, каково это, ждать. Тебе не помешает поддержка, Кирана.

Анжела отключается. Я сжимаю телефон в руке, гадая, стоит мне идти или нет. Потом, проклиная всё на свете, в том числе и собственное любопытство, я надеваю лёгкие брюки и блузу, не стесняющую движений.

Анжела открывает мне сразу же, после первого стука. Улыбается и пропускает меня в номер. Он почти такой же, как наш, только меньше размером.

— Садись.

Анжела подводит меня к дивану и наливает нам по чашке чая из прозрачного чайника. В воздухе разносится аромат ромашки и мелиссы.

— Тебе можно, чай успокаивает, — добродушно улыбается Анжела.

Сейчас она сняла макияж и распустила белокурые волосы, переоделась в просторный шёлковый халат и выглядит просто уставшей женщиной, а не первоклассной стервой.

— Расслабься, здесь тебе ничто не грозит, — улыбается она, отпивая чай из своей чашки. Только после этого я беру свою и начинаю осторожными глотками пить горячий чай.

Несколько минут проходит в полной тишине. Анжела отпивает совсем по чуть-чуть. К моменту, когда я осушила уже целую чашку и наливаю ещё одну, она осилила едва ли треть своей чашки.

— С удовольствием составила бы тебе полную компанию, — говорит она, перехватив мой взгляд. — Но в моём возрасте не стоит увлекаться напитками на ночь. Иначе утром я проснусь с огромными мешками и припухшим лицом.

— Ты что-то хотела сказать мне?

— Всего лишь предупредить, чтобы ты не влюблялась в этого гордеца и наглеца.

— Насколько далеко? — уточняю я.

Анжела вздыхает и отставляет чашку чая прочь.

— Я любила своего мужа, Игната. Думаешь, мне легко видеть его точную копию? Внешне, разумеется. Потому что по характеру братья были совсем разные.

— Но что?"

"— Думаешь, мне это позволяет? — Анжела усмехается и встряхивает копной светлых волос. — Тебе стоит уяснить одно, Кирана, попав под прицел семьи Орловых, беги как можно быстрее. Пока не поздно. Пока тебя не приковали к ней навечно каким-нибудь договором с кабальными условиями, брачным договором или шантажом.

— Что держит тебя, Анжела? Если хочешь уйти, но не можешь?

— Договор.