Грешник. Вернуть бывшую

Сестер в любом случае не тронут. Они не на моей стороне. На себя наплевать. Со мной ничего не случится, но вот за любимую действительно боюсь."

"Когда человек ничего перед глазами не видит, он может сделать всё что угодно, лишь бы отомстить. В данном случае Касьянов, у которого руки почти завязаны. Тимур прав. В Москве отец готов был родную дочь убить, лишь бы себя на чистую воду вывести, пусть та самая дочь об этом никогда не узнает. Майор — мой друг и муж той самой девушки именно так решил.

«Не будешь против букета роз?» — печатаю сообщение Лере, остановившись у светофора.

«Нет» — ответ приходит сразу же, что вызывает улыбку на лице.

Торможу у магазина, покупаю любимые цветы жены. Сто одна штука. Надеюсь, не будет ругаться.

Доезжаю до Лериного здания. Пока поднимаюсь на нужный этаж, опять вспоминаю слова Тимура. Нужно как-то убедить Леру… Она не может жить одна. Тем более сейчас. Какое-то плохое предчувствие не даёт мне покоя.

Нажимаю на дверной звонок. Хозяйка квартиры не заставляет себя долго ждать, открывает через минуту.

— Привет, — говорит совсем тихо, приглашая внутрь. Снова вялая. Бледная.

— С тобой всё в порядке? Лер, посмотри на меня.

— Всё хорошо. Спасибо за цветы, — натягивает на лицо улыбку. — Положи их, пожалуйста, на стол в гостиной и в кухню приходи.

Что-то с ней явно не так. Дышит часто и глубоко.

Делаю как велит Лера. Захожу в кухню.

— Рамиль, — начинает она, увидев меня у двери, схватившись за живот. — Слушай, вроде бы рано ещё, но… Черт возьми, мне кажется, я рожаю.

Глава 25

Я очень хотела остаться сегодня с Рамилем наедине. Просто пообщаться. Спокойно и без всяких ссор. Вспомнить прошлое и… возможно дать нам шанс? Ведь в любом случае после рождения малыша он почти круглосуточно будет в этой квартире. Ночью тоже с нами… Свекровь останется там одна, мы же тут. Просто не хочу, чтобы она в одиночку проводила каждый день. Она этого не заслуживает.

Но всё получилось не так, как я планировала. Ужин приготовила с огромным трудом. Воздуха не хватает с обеда, дышать станоло нечем.

— Где болит? — один широкий шаг и бывший оказывается рядом. Растерянно смотрит на меня. Кладет руку на живот, заглядывает в глаза. — Здесь? Так, едем в больницу. Я сейчас же позвоню врачу.

Голос взволнованный, не знает, что делать и, как поступить, чем вызывает лёгкую улыбку на моем лице.

— Успокойся, — накрываю его руку своей.