Белое солнце дознавателей. Книга 2

Ты — виноват. Потому что ты — умер!

Сила металась между нами вспуганной птицей, но так и не определилась — кто? Потому что не были виновны? Или потому что были равны?

Дядя отвел взгляд первым, поведя между нами рукой и разрывая поединок взглядов.

— Не стоит бросать вызов, Вайю… если ты не готова пойти до конца…

***

Вина мне налили — на два пальца, себе — на четыре, и потом ещё полбокала.

Молчание было тягостным. Не время и не место для этого разговора. Хотя… есть такие разговоры для которых всегда не место и не время.

Разговоры, которые хотелось бы отложить на следующую жизнь.

Я смотрела на золотой кругляш печати Главы на фоне черного камзола, и не могла отделаться от по-детски глупого желания провести эксперимент — исследование, если мы отдадим приказ одновременно, чье слово родовой артефакт сочтет приоритетнее?

Проверить, чтобы досадить. Проверить, чтобы сделать ему так же больно, как было мне. Потому что дядя до сих пор не верил мне. Не верил. Проверял, просчитывал, сравнивал.

Гнев поднимался внутри жаркой волной.

Я ведь верила ему! Продолжала ему верить! Не смотря на то, что он уже проиграл один раз. Что не смог, не справился, не защитил Клан и семью. Продолжала верить в него, псаки всех побери!

Верила и верю. Даже после того, как умерла.

А он мне… на колени.

Обида внутри колючим комком подкатывала к горлу, перехватывая дыхание.

Я верила ему, потому что любила!

Любовь ворочалась внутри теплым комком, перемешиваясь со снисходительностью и … усталостью.

Это не мои чувства.

— Эмпатия, — пискнула я задушено, встретившись взглядом с дядей, и виновато опустила глаза. Как будто подсмотрела что-то личное, вторглась туда, куда меня не звали, без спроса заглянула в замочную скважину. — Я не хотела…

Волна гнева вернулась, потом резко схлынула, на место гнева пришла обреченность, и — опустошение, и… дядя взял себя в руки.

В обивке кресла почти появилась дыра, которую я проковыряла бездумно, за пару мгновений молчания.

«Доверие» — всплыл в голове голос Луция."

"Как раз и навсегда убедить его в том, что мне можно верить? Доверие нельзя купить, продать или взять силой… можно только принести в дар, и ждать — терпеливо, одарят ли в ответ.

Или вышвырнут. Если сочтут дар не слишком ценным.

— …есть то, что ты должен знать, дядя, — начала я совсем тихо.

— О.