Белое солнце дознавателей. Книга 2

Публика жадно замирала при взгляде на сцену каждый раз, когда проводили «распечатывание» — лот номер десять, лот номер одиннадцать.

— …лот номер двенадцать — продано! Господин с номером семьдесят восемь! Три стандартные маг-единицы, цельный кусок породы, уникальное сочетание — сразу два предмета!

Записку и плотный мешочек, вышитый шелковыми нитями, принесли между лотами десять и одиннадцать — передал один из слуг, одетый в цвета аукционного дома — леди лично в руки.

«Господин номер три — ставленник Феникса. Не торгуйся.

Свиток я убрала во внутренний карман, а мешочек не открывала — просто запустила внутрь пальцы, нащупав знакомое кольцо — гладкость камня, насечки на металле, орнамент. Дан передал мне помолвочное кольцо, но почему так и сейчас?

То, что господин с первого ряда, с табличкой «три» — играет за крупный клан — вероятнее всего столичный, я предполагала и ранее. Ведь кто-то же потом должен преподнести Второму Фениксу в дар лот номер семнадцать.

Такой риск выглядел совершенно неоправданным, учитывая то, что его сослали из Запретного города на Юг, но Дану врать не зачем.

И то, что ставленник Феникса так ожесточенно торговался за выглядевший совершенно бесполезным девятый лот — мне тоже не нравилось. Совершенно.

«… лот номер тринадцать — продано!..

…лот номер четырнадцать — продано!.

…лот номер пятнадцать — продано!..

… лот номер шестнадцать — продано!..»

— Наш аукцион подходит к концу, мы завершаем последние в этом сезоне «закрытые торги», и это последний лот сегодняшним вечером — номер семнадцать! — Распорядитель взмахнул рукавом и за сценой плавно начала перемещаться платформа, над которой вращался объект породы — кусок камня неправильной сферической формы, высотой в два моих локтя.

***

Северный предел, поместье Блау

Нижний уровень

Мистер Зиккерт пошевелил руками — цепи звякнули, пошевелил ещё раз и ещё, пока, наконец не начал вырываться, дергая в разные стороны.

"«Повредит руки» — мелькнуло в голове у Луция. Цепи были надежные, крепления тоже — выдержат, должны, но на всякий случай, он сделал ещё несколько шагов назад, чтобы иметь пространство для маневра.

«Надеюсь, Кастус знает, что делает».

Одержимость — другого слова Луций подобрать не мог для поведения сюзерена в последние пару дней.