Белое солнце дознавателей. Книга 2

— Я ищу тебя наверху, а ты здесь! Как ты можешь спокойно есть в такой момент! Трясет всю Империю!!!

— Передай, пожалуйста, рыбные палочки, Геб… благодарю…

— Взорвали портальную сеть Блау! Портальную кольцевую! Ты понимаешь, что это значит?

— Понимаю. Ты слишком возбуждена, тебе стоит поесть.

— Я тебе говорю про то, что мы застряли на этом Юге!!! Ты слышишь меня?!

— Я слышу… и маринованную зелень, Геб, пожалуйста…

Тир вошел в гостиную неслышно, и видимо уже несколько мгновений с прищуром наблюдал за нашей перепалкой.

— Приятного аппетита. Вы единственные во всем доме, у кого не пропал аппетит, — саркастично заметил Кантор. — Видимо… ночные храмовые бдения были долгими.

— Твой дом стоит? Стоит. Целый и невредимый. Значит, мы в безопасности.

— Блау! — почти взвизгнула Фейу. — Тебя хоть что — нибудь, волнует? Наместник даже отказался от сопровождения других заклинателей в отряде зачистки. Слухи… очень странные, неясно откуда взявшиеся, они вспыхнули как пожар, который не потушить… Он должен вернуться с победой и доказать всем, что это ложь.

«Что Феникс на самом деле бессилен. Что Прорыв в Хали — баде сдержали, только благодаря совместным действиям трех кланов заклинателей — Кораев, Вериди и Блау. Что не было бы их, шекки сравняли бы город с песком».

Феникс слаб. Это Гнев Да — арханов. Гнев Да — арханов падет на всю императорскую семью. Настало время мести для рода, который когда — то был уничтожен … Фениксами."

"Слухи было не остановить. Как ветер, который разносит пожар дальше и дальше — верховым огнем шли домыслы, обрастая всё новыми и новыми подробностями.

— Образ героя меркнет, — пробормотала я, облизывая ложечку — воздушный крем был превосходен по консистенции и вкусу.

— Блау!

— Тир, я могу попросить рецепт у твоей кухарки? Она что — то такое кладет сюда, лимон? Кардамон?

— И корица, — поддакнул мне Гебион. — Цедры совсем немного, но легкий оттенок свежести превосходно оттеняет общую сладость… Леди Ву вчера разбирала оттенки вкуса, — пояснил он, смущаясь, на наши вопросительные взгляды.

— Ты хоть иногда можешь думать не только о еде?

— Меня больше волнует десерт, чем Наместник…

— Ты же заклинатель!

— И что? Я не смогу играть на флейте ещё около десяти декад, пока заживет, пока снимут плетения, пока разработаю пальцы… ни одной партии… а значит, я совершенно бесполезна…поэтому я — молилась. Чтобы мне перепало немного божьей благодати, и я увидела путь.

— И как, Великий ответил на твои молитвы?

— Отчетливо, — я сузила глаза.