Белое солнце дознавателей. Книга 2

— Не каждую ночь умирает надежда, — пояснила я равнодушно. — Умирает, задыхаясь… когда от боли ты не можешь сделать вдох. Больно вот здесь, — я постучала по груди. — Сегодня ночью я умирала, сир Фейу. — Потому что умерла надежда, — пламя темным облаком облизало кончики пальцев, подтверждая мои слова.

— Сколько пафоса, — пробормотал претор себе под нос.

— Не каждую ночь я узнаю, что мой… возлюбленный жених предпочитает… мальчиков, — закончила я буднично.

Сир поперхнулся.

— Не каждую ночь… мой возлюбленный жених ломает мне пальцы, — я подняла левую, зафиксированную свежими плетениями руку — Фейу накладывал сам, и достаточно умело.

— Сиру Акселю и кузине, — поправил меня он. Растерянное выражение лица сира Фейу смягчилось.

— Это достаточная причина, чтобы провести ночь в молитвах, моля ниспослать мне верное решение?

— Вас искали все, вы покинули Арену так внезапно…

— Все произошло внезапно. Предел я не покидала, когда… изменились обстоятельства. В дальнейшем возможности отправить или принять вестники я была лишена, — левая рука с двумя распухшими пальцами опять поднялась вверх. — Потом ночью был Прорыв, храмы закрыли до утра. А на заре меня нашли вы.

— Вы очень внезапная.

— Внезапный удар — внезапные решения, — аккуратно пожала я плечами — грудь болела.

«Не поверил» — это читалось в угрюмом прищуре глаз и скептическом изгибе губ, но хвала Великому, пока что сир Фейу был ещё слишком хорошо воспитан. Война ещё не сняла с него лишнюю шелуху бесполезных условностей. И он — промолчал.

— Это — ваше, — небольшой хран в изящной оправе — женский, покачивался на тонкой цепочке. — Пока вы… предавались молитвам, ваши друзья подняли на ноги всех, чтобы найти вас тихо и защитить репутацию.

Хран от Фейу?

— Чтобы вам был понятен смысл этого жеста — на этом хране все накопления кузины за несколько зим. Помимо этого, за помощь вам она отдала свой голос на семейном совете. Надеюсь…

— Я способна оценить преданность.

Хран плавно лег передо мной на стол.

— Не все достойны иметь настолько преданных друзей, леди Блау.

Шпильку я пропустила — мне было все равно.