Беги, ведьмочка, беги

— Тощ да силен духом, — с гордостью тогда сказал он о своем сыне.

А в пятнадцать лет Олих впервые обратился драконом. Но произошло это уже вдалеке от того места, где он родился и вырос, в замке его настоящего отца.

Не зная, как правильно пользоваться своей второй ипостасью, он сжег не одно поле. Но вскоре совладал со своим драконом."

"И вот однажды, спустя еще три года, ранним утром во дворе замка его отчима приземлился огромный черный дракон. Его черная чешуя, обрамленная по краю золотыми искорками, блестела на солнце и ослепляла.

Рога на голове и мощный шипастый хвост устрашали и заставили забиться в дальние углы челядь. Когтистые лапы с легкостью вырывали камни, устилавшие дворцовый двор.

Женщине, стоявшей у открытого окна второго этажа, этот дракон в зубах преподнес золотую розу и мягко ткнулся мордой ей в плечо. Опешившая в первый момент, мать Олиха все же обняла его за толстую шею.

— Я так боялась, что вырастешь таким же жестоким, как и твой отец, — прошептала она.

Затем, обратившись человеком, Олих, а это был именно он, пожал руку человеку, принявшего его, как сына.

Подарил ему и своему младшему брату особые доспехи, сделанные из драконьей кожи. Легкие и в тоже время нереально прочные, они не раз впоследствии спасали им жизни. На следующий день Олих отправился обратно. Воспользовавшись подаренным ему отцом титулом Серебряного дракона, он пригласил в свой дворец своего сводного брата Урласа. Семнадцатилетний юноша, к тому времени уже сильный и неукротимый, с радостью согласился на предложение брата.

С тех пор они были практически неразлучны. Отличаясь друг от друга и внешностью, и даром, они все же, были вместе. Вместе учились, взрослели, мужали. Вместе воевали. И поговаривали, вместе делили друг с другом своих женщин…

Глава 9. Побег

Воздуха в сундуке катастрофически не хватало. Поэтому когда телега вздрогнула, заскрипела и остановилась, я чуть не расплакалась от облегчения. Сквозь щель мне ничего не было видно, так что я заподозрила, что была глубокая ночь.

Когда Вики вновь разложила шатер, я вдруг подумала: а может, она и правда была не простая орка? Я не видела на ее спине ни одного рубца от кнута. Не заметно было, чтобы она перетруждалась. Да и в шатре, пусть и не большом, но все же ночевала она одна. А когда двое странных созданий, похожих на гномов, затащили в наше убежище две лохани — одну побольше, а другую поменьше, я и впрямь уверилась, что она необыкновенная.