Дышу тобой

Отношения Димы и Даши Лена называла «временным помешательством». Она говорила, что Димка использует чувства Даши и порабощает ее. Мол, ему просто нравится знать, что дома его ждет жена, для которой каждое его слово – закон… Даша спорила с подругой, не соглашалась, даже обижалась на нее.

И неужели ей необходимо было пройти через такие унижения, чтобы понять, что подруга права?!

Даша прикусила губу и тихо застонала. Эти мысли сведут ее с ума. Почему человеку необходимо дойти до черты, прежде чем остановиться, замереть и оглянуться назад? Почему женщины не могут вовремя осознать, что вязнут в зыбучих песках? Почему необходимо испить горькую чашу до дна?

Почему, почему, почему…

– Даша, что с тобой? Тебе плохо?! – голос Андрея ворвался в сознание девушки.

Она вздрогнула и открыла глаза.

Загорнов стоял на коленях рядом с ней, на его лице было написано беспокойство.

– Я… – голос не желал слушаться, и Даша так ничего и не смогла выдавить из себя.

Андрей обнял ее за плечи и приподнял.

– Что случилось? Меня встревожило, что ты лежишь на спине с закрытыми глазами, а когда я стал подходить к тебе, то услышал, как ты стонешь! У тебя что-то болит?

Вместо того чтобы ответить, Даша наблюдала, как капельки воды поблескивают в его волосах, как они тонкими струйками стекают по его шее и убегают дальше, на грудь.

Этот мужчина был так близок. От вчерашнего грубияна не осталось и следа. Сейчас он был внимательным и заботливым.

– Даша! Да что ты молчишь?! Скажи мне хотя бы слово!

Он слегка тряхнул ее, и она пришла в себя, вернулась из прошлого в реальность.

– Какое слово? Любое, какое я захочу? – она попыталась пошутить, но шутка вышла плоской, неудачной.

Он нахмурился.

– Что с тобой случилось?

– Ничего.

Его пальцы на плечах девушки сжались сильнее.

– Дарья, мне не нравятся твои игры. Завязывай, – грубо буркнул он, и его глаза прищурились. – С тобой что-то происходит.

– Ничего не происходит…

– Врешь! – упрямство Даши вывело Загорнова из себя. – А я терпеть не могу лжецов! Не нужно меня выставлять идиотом!

– Не кричи, я тоже могу орать! – вспылила она и поморщилась.