Бедовый 3. Княжий человек

— Разве есть понятие нормальности? Тем более для нас, для рубежников? — усмехнулся Следопыт.

Вот правильно мне говорили на физкультуре, что нельзя бегать и разговаривать. Дыхание сбилось за несколько минут. Не помогла даже та хваленая медовуха. Или дело в том, что Ася пыталась выжать из нас спринтеров примерно за одно занятие. С большим успехом я мог бы принять участие в гоночных соревнованиях на своей «Ласточке». Все это я думал, само собой, вслух.

— Интересно, где сейчас «Ласточка»? Надо заехать к Валере. Да мне много куда надо заехать.

— Чувство вины всегда разрушает человека, — поддакнул Следопыт. — Помню, когда был маленьким…

Наверное, мы могли до бесконечности бежать, перекидываясь странными мыслями, которые приходили в голову. Однако Асе явно надоел наш инвалидский отряд. Поэтому она не просто остановилась, а бегом вернулась назад.

— Короче, братцы-кролики, двигайтесь на шум боя. Я помогать нашим.

— Мне кажется это не очень хорошая идея, — заметил я. — В фильмах ужасов всех начинают убивать, как только они разделяются.

— Хватит трындеть. Идите на звук боя, все!

И помчалась так быстро, что пятки засверкали.

— Ведуны, мать их, — заметил я. — Когда-нибудь и я таким стану.

— А что, если нам не торопиться на помощь остальным? Тогда мы можем переждать бой и остаться в живых.

— Это очень разумно, но в корне неправильно. Что, если кому-то там нужна наша помощь? Бэккахесты стадные животные.

— Нет, только «Пиратов двадцатого века» с Еременко. Четыре раза в кинотеатр на него ходил. Хотя тогда ничего другого и не показывали.

Мы продолжили наше болтливое путешествие. Пусть и не так быстро, как прежде. Теперь нас никто не подгонял и не нужно было выжимать максимум из своих обессиленных тел.

Но вместе с тем мы действительно слышали звук боя. Лязг железа, глухие удары, треск деревьев.

Я к тому моменту вырвался немного вперед. Поэтому шел, положив руку на нож, готовый к любым неожиданностям. Ну, и заодно рассказывал Вите, что положил руку на нож и теперь готов к любым неожиданностям.

А когда закончил, понял, что никакой философской фигни или истории из детства не последовало. Обернулся и своим рубежным зрением увидел, что Следопыт лежит на земле.