Бард 3

И призрак странно напоминал ту самую статую, что украшала собой поляну, на которой я остановился.

Мирика.

Призрак-хранитель.

Уровень 60.

Костер уже догорал и в нем едва теплились угли, а, судя по начинающему светлеть небу и поблекшим звездам, приближался рассвет. Я присмотрелся к покачивающейся в воздухе незнакомке. Да, точно, статую ваяли с нее. Если не считать легкую бледность призрачного тела, передо мной был очень симпатичный призрак. И самое главное, что я не чувствовал от него особой опасности.

Большие черные глаза, на удивление живые и, выделявшиеся на фоне мертвенного облика гостьи, с любопытством разглядывали меня.

— Кто ты, человек? — прошелестел голос, и я даже сначала не понял, что призрак с таким странным именем задал мне вопрос.

— Князь Александр Морозов, — убрав явно бесполезный дробовик в инвентарь, я поднялся и представился, — а кто вы, прекрасное создание?

— Князь… — в голосе привидения послышались удивленные нотки, — Кто я? Я призрак — хранитель этого места.

Почему нет? Я коротко поведал свою историю попадания, начиная с похода из Академии, заканчивая эпической битвой с носорогами. Понятное дело, опустил подробности гибели Уны и просто пояснил, что чудом выжил под тушей мертвого носорога, из-под которой меня вытащил шакал, которого я отправил к его предкам, прежде чем мной пообедали.

Мирика внимательно слушала мой немного сбивчивый рассказ, понимающе кивая и вздыхая в нужных моментах.

— Что ж, — прошелестела она, когда я закончил, — все понятно с тобой, князь. А вот моя история стара как мир… Когда-то я была такой же как и все, живой… веселой и беззаботной кошкой, и тогда еще наш прекрасный Мурмирис был светлым и большим городом…

— Мурмирис? — с удивлением переспросил я, — Никогда о нем не слышал.

— Это город кошачьего народа, наш дом… таких городов было много на землях зверолюдей, и мы жили в мире со своими братьями и сестрами по крови, — мечтательно ответила Мирика, — в один не слишком прекрасный день к нашим стенам пришла вражеская армия. Люди… — мне сразу не понравился ее взгляд, на мгновение ставший очень нехорошим, но лишь на мгновение, — они хотели сделать нас рабами и разрушить Мурмирис. Мы были готовы.