Автономка

Чтобы заставить работать интуицию, которая пока мало что подсказывала, Василий прочитал распечатку вторично, внимательно вчитываясь в каждую фразу и в отдельные комментарии, данные переводчиком. Комментарии касались оттенков тона сказанного.

«– Доброе утро, Алишер Алишерович, это Убайдулло беспокоит.

Фраза прозвучала по-восточному подобострастно. Однако внешнее подобострастие в разговоре восточных людей часто показывает просто уважение к собеседнику и не унижает говорящего. В дальнейшем это в той или иной степени присутствует во всем разговоре.

– Да, Убайдулло. Я ждал твоего звонка. Ты был в ресторане?

– Был, Алишер Алишерович.

Это было сказано со смешком, чтобы привлечь внимание собеседника.

– И что?

– Я сначала хотел посмотреть, как они там работают, сел пообедать. И меня обсчитали на целое ведро рублей. Я ругаться не стал, просто прошел в кабинет директора и представился.

– Я звонил. Предупредил, что ты должен подойти. Взял деньги?

– Выручка за месяц. Нам этого тоже на месяц хватит.

– Ладно, это небольшие деньги. Что Иван? Ты звонил ему?

– Вот только-только поговорили. Он еще не знает, что к нему поехали.

– Как он себя ведет?

– Упирается. Если бы вы разрешили, мы отучили бы его упираться…

– Пока нельзя. Можно будет только после того, как узнаешь, где он диск свой хранит. С данными этого диска я в любой стране мира могу стать жертвой экстрадиции. Выдадут по первому же запросу…

– Убрать Ивана, и никаких проблем. И не успеет никому диск передать.

– Тоже нельзя. Он говорит, что диск уже в конверте с адресом прокуратуры и будет отправлен сразу, если только с ним что-то случится.

– Понимаю, Алишер Алишерович. С таких следует с живых шкуру снимать…

– Не отказался бы посмотреть на это. Но не сразу. Что он говорит про саблю?

– И не отказывается, что она у него, и не подтверждает.

– А когда он мог подсунуть фальшивку?

– Это вообще непонятный вопрос. Сабля, кажется, всегда была на наших глазах…

– Ладно. С этим разберемся.