Авантюристка для мажора

Но с дороги отошла, позволяя пройти в комнату.

Отец полулежал на диване, расстегнув верхние пуговицы рубашки и ослабив галстук. Он был бледен и выглядел не очень, но явно старался держаться молодцом.

– Что случилось? – обеспокоенно спросил я, садясь прямо на журнальный столик, стоящий напротив дивана.

– Сердце прихватило, – признался отец, – но уже все хорошо.

– Почему ты мне сразу не позвонил?

– Да все нормально, сынок. Сегодня отдохну – и завтра снова как огурчик.

Батя вымученно улыбнулся, потер грудь в районе сердца, и уставился за мою спину.

– Милая, накрой нам что-нибудь пожевать, – попросил отец.

– Конечно, милый. Сейчас попрошу, чтобы Вера приготовила для тебя что-то легкое. Не забывай, доктор сказал, что тебе нужно соблюдать диету.

С трудом сдержался, чтобы не закатить глаза и не высказать мачехе, что я думаю о ее «заботе». Сама она уже давно забыла, как включается газовая конфорка, благо отец мог себе позволить нанять помощницу.

Лика ушла, но вместо нее приперся Леха. Вальяжно сел в кресло, широко разведя колени, и уставился на меня.

– Рассказывай, Макар, как дела.

Братец явно нарывался. Я молча показал ему средний палец, даже не оглянувшись. Отец недовольно свел брови, но промолчал.

– Что врачи говорят? – обратился я к отцу.

– Давление скачет. Советуют взять отпуск и поехать к морю.

– Съезди. Один. А Лика тут по хозяйству останется, – хмыкнул я, спиной чувствуя, как закипает мачеха, стоящая в дверях.

– Макар, может, хватит? Давайте оставим старые обиды! – отец попытался призвать всех к осознанности.

– Да, Макар, давай жить дружно, – съехидничал Леха.

– А ты уже перестал генеральным прокурорам свои голые фотки отправлять? – я развернулся к нему с ядовитой улыбкой.

Мы с пацанами час ржали без остановки, когда отец мне рассказал, зачем к нему приходил господин Демидов. К слову, догадаться, кто так красиво подставил Леху, труда не составило. Моя Веснушка.

Брат скрипнул зубами и впился пальцами в подлокотники кресла.

– Макар, немедленно прекрати! – вступилась за любимого сыночка Лика.

– Я еще не начинал, – отбрил я.

– Может, ты отцу расскажешь, где твоя тачка?

– Заткнись, – огрызнулся я, косясь на отца.

Ему и так было плохо, а этот придурок словно специально добивал.

– И где твоя тачка, Макар?

– Он ее на гонках проиграл, – сдал меня Леха.

Я не выдержал. Резко поднялся и в два шага оказался рядом с братцем.