Авантюристка для мажора

"

"До конца рабочего дня Глеб забегал только единожды, чтобы принести папку, идентичную первой, в которой тоже нужно было рассортировать все по алфавиту. А с папой я не встретилась. Оказалось, что он еще утром уехал на очень важную встречу и весь день в офисе так не появлялся.

Посмотрев на часы, стрелки которых показывали ровно шесть вечера, облегченно выдохнула, откидываясь на спинку кресла, и с удовольствием потянулась. И тут завибрировал мобильный. Номер был мне незнаком.

– Алло, – с опаской ответила я.

– Долго тебя еще ждать? – насмешливо произнес Макар.

Я подавила приступ нервного кашля и вежливо поинтересовалась:

– А мой номер ты где добыл? И к слову – я такси заказала.

– К слову сказать, мы договаривались, что я сам поменяю покрышку на своей тачке!

– Точно, ты вызвался менять покрышку у МОЕЙ машины, – широко улыбнулась я. – Ладно, жди, скоро буду!

Ладони почему-то вспотели, а все тело завибрировало. Подойдя к окну, я осторожно выглянула. Макар стоял у своей машины, лениво опираясь на капот.

С трудом сглотнула, надеясь, что пока я буду спускаться, сердце вернется на положенное ему природой место, а не продолжит стучать в висках. Заперев кабинет, медленно пошла к выходу, стараясь дышать ровно и глубоко.

Яркое солнце на улице заставило сощуриться и прикрыть глаза ладонью.

Она игриво скользила пальчиком по груди Макара. Мажор перехватил ее за запястье и что-то сказал. А потом повернул голову в мою сторону и… отпустил руку девицы, позволяя ей продолжать свое занятие. Прижав ладонь к животу Макара, она что-то произнесла. Парень в ответ широко улыбнулся и склонил голову набок.

Я сделала несколько неуверенных шагов, а потом решила, что его подружки меня волновать не должны! Совсем не должны! И плевать, что сердце вновь забилось в висках, а в горле пересохло!

– Влааада! – пропел Макар, когда я подошла ближе.

– Добрейшего вечера, – оскалилась я, чувствуя кожей недовольный взгляд брюнетки. – Поехали, у меня мало времени!

– Макар, а меня подвезешь? Ты обещал, – заканючила девица мерзким голосом, который она ошибочно считала томным.