Авантюрист

Несмотря на то, что в прошлом году ему стукнуло пятьдесят два, в бороде и усах, не говоря уж о шевелюре, не наблюдалось ни единого седого волоска. Будь он седым – как две капли воды походил бы на Дедушку Мороза, каким того изображают на рождественских почтовых открытках: румяный, с крепкими, налитыми щеками, профессионально добрым, душевным взглядом из-под кустистых бровей. Среди «студиозусов», народа молодого, физически полноценного и отнюдь не чуравшегося извечных радостей жизни, давно уже кружили фривольные разговоры о том месте, какое занимает в жизни доктора Багрецова его очаровательная горничная Ванда, категорически отвергавшая любые поползновения определенного рода со стороны прилежных бомбистов.

Глядя на доктора, Сабинин этим сплетням вполне верил – крепок был эскулап, полон здоровья, такой способен и заехать в ухо со всем нашим уважением, и не разочаровать вечерней порою белокурую красоточку Ванду с ее вполне женским взглядом, умудренным и довольным…

– Вот почта, – сказал Сабинин, подавая Кудеяру невеликую стопочку корреспонденции.

 – Нет, это мое…

– Ну да, я вижу, иначе зачем бы вам вскрывать… – Кудеяр первым делом бегло прочитал открытку и, как заключил Сабинин, был ее содержанием неприкрыто обрадован. – Николай, что-то вы и в самом деле несколько бледны, поэтически, как говорится… Здоровы?

– Да в общем-то… – пожал плечами Сабинин, громко прокашлялся. Давало о себе знать тесное общение с «шимозой».

– Кашляете, голубчик, нездорóво, – сказал доктор Багрецов. – Ничего опасного, но все же… Заходите, выпишу вам что-нибудь легкое и эффективное вроде героиновой настойки.

Право же, нельзя усугублять, не нравится мне такой кашель…

– Да пустяки, – сказал Сабинин, принужденно улыбаясь. – Мне где-то у Чехова попадалось… «Увеличилось не число больных, а число врачей, способных наблюдать болезни…»

– Неудачная цитата, – серьезно ответил доктор. – Положительно, не нравится мне такой кашель… Так что заходите немедля. Денег я с вас не возьму – хватает на жизнь-с, припишу лишний рублик к счету какого-нибудь здешнего денежного мешка, крайне встревоженного случайным чихом… А то заходите просто так, без церемоний.

Посидим за графинчиком, поговорим о том, чем и как сейчас живет милое Отечество… Всего наилучшего!

Он залихватски поднес к полям шляпы набалдашник трости, кивнул и направился к своему крыльцу упругой, молодой походкой. Трое оставшихся смотрели ему вслед.

– А ведь каким орлом был когда-то, говаривали… – задумчиво произнес Козлов.