Ассана. Хозяйка джунглей

Парень молчал, понуро опустив голову. Так ни слова и не сказал. Тряпка.

Зрители, поняв, что дальше разборок не будет, поспешили прочь, делая вид, что ничего не видели. Только баба Нюра одобрительно хмыкнула, а Елизавета Эриковна, проходя мимо, негромко сказала: ""Молодец, девочка"".

– Спасибо, – услышала я тихое. – Круто ты её. И с ножом тоже.

Я повернулась к девушке и дружелюбно улыбнулась.

Катя выглядела уставшей и какой-то потерянной… И тут я сравнила её и себя: у меня рядом мама и дедушка, а она ведь совершенно одна.

– А не хочешь пойти со мной в лес? – вырвалось вдруг.

– В лес? – загорелись её глаза. – А разве можно? Только я, как ты, ножом не умею.

– Мы не вдвоём пойдём. Ребята с нами будут. Поищем нужные растения для будущих луков и стрел.

– Ого! Да-да, я с вами!

– Тогда сходи и переоденься. В куртку, штаны и сапоги повыше щиколоток. Возьми воду, если дома что-то есть. Если нет, подойди к бабе Нюре, она выдаст.

– Я мигом! – и умчалась в дом.

Наша группа из семи человек всё дальше углублялась в джунгли. Впереди шёл дядя Стёпа с ружьём наготове, за ним мама с блокнотом, я и Катя, Алексей и ещё двое мужчин с топорами и верёвками замыкали строй.

– Смотрите! – матушка указала на высокое дерево с гладкой тёмной корой.

Я подошла ближе. Древесина действительно имела волокнистую структуру, но не прямую, а спиральную. Срезав тонкую ветку, попробовала согнуть – отпружинила, но не сломалась.

– Отлично! – кивнула я. – Для лука самое то!

Чуть в стороне росли тонкие прямые деревца со светлой корой.

– А вот из этих выйдут отличные стрелы, – добавила я, проверяя этот вид древесины на излом. – Лёгкие, прочные… – но договорить не успела.

– Тихо! – вдруг скомандовал дядя Стёпа. Мы замерли. Я и Катя удивлённо оглянулись."

"Хотя природа вокруг казалась мирной, едва уловимый хруст слева заставил всех насторожиться. Не успела я испугаться, как ближайшие кусты с громким треском раздвинулись. И из них прямо на дядю Стёпу с рыком вылетел огромный кабан – раза в два крупнее земного секача. Его тело, покрытое жёсткой чёрной щетиной, казалось несокрушимым.