Аспирант

Разгребая в стороны довольно солидные кучи песка, я смог всё же поднять истребитель и поставить его на опоры между барханами. Опоры тут же ушли в песок и истребитесь сел на брюхо… что в принципе являлось нормой, рассчитано конструкторами. Не всегда есть подходящие площадки. А яму я заровнял чтобы было не понятно откуда тут взялся этот боевой корабль.

Что произошло с этим аппаратом я смог примерно определить ещё сканируя его под песком, а сейчас более тщательно изучил. М-да, машина была побита, и явно совершала аварийную посадку, но не так катастрофически, как казалось с виду.

Смотрел я не зрением, темно, Силу использовал. Однако гипердвигатель цел, разгонные двигатели в принципе тоже, а вот корпус был побит изрядно, ещё несколько мелких недочётов что можно убрать тут же походя, и можно продать Тае эту машину как ремонтопригодную. Причём та сможет отогнать её в космопорт для полноценного ремонта своим ходом. Управление, реактор и репульсы были целыми. Запустить реактор, протестить и всё, лети. Этим я и занялся. Сначала разгрузил спидер, а потом полетел в сторону, искал металл для ремонта. Нашёл обломки, мне даже показалось очень древние, на глубине одиннадцати метров. Кажется, это был истребитель времён империи Ситхов, собрал полный кузов металла и полетел обратно. Опыта в Силовой Ковке у меня было не так и много, я ещё учусь, но с каждым нём он рос, и я это видел. Так что мне хватило трёх часов чтобы восстановить целостность корпуса, да подремонтировать один из четырёх движков, он был поврежден. Также я смог открыть вход и прошёл на борт. Пилот был тут, забрак, судя по скелету. Осторожно снял пояс с бластером в кобуре, а тело прикопал в песке, под двухметровым слоем. После чего изучив личные вещи погибшего пилота, часть убрав в спидер, после чего запустив двигатель, тот заглушён был, топливо ещё имелось, смог активировать пульт управления, не всё включилось, кодов доступ у меня нет, и осмотрев кабину довольным взглядом, выбрался наружу. Поднявшись на вершину бархан, внизу связи не было, практически граница зоны работы ретрансляторов, набрал Таю.

Ответила та не сразу, а когда ответила, матом спросила кто её будит в такую рань. Вообще у космолётчиков обычно своё время, но их внутрикорабельное время на борту корвета совпадало с ритмом жизни Мос-Эспа, так что я действительно поднял знакомую мамы очень рано. Не удивлюсь что та легла совсем недавно. Девушка была безотказная, чем многие из команды пользовались.

— Ты не рада меня слышать? — весело спросил я.