Артефакт с темным прошлым [Сборник]

Грохот несущегося поезда, мощные воздушные потоки захлестнули туннель, Стас закричал от ужаса, поймал пальцы друга и со всей силы рванул его вверх. Мимо со свистом промчалась железная махина и без остановки скрылась в черноте проема на другой стороне станции. Лев стонал от боли на полу у самого края платформы. Крячко удалось его вытянуть за одну руку с двухметровой высоты, хотя при этом он повредил запястье напарнику. Рядом тяжело дышал Стас:

– Ты как, Лев? «Скорую»?

Оперативник молча помотал головой – сейчас приду в себя.

– Лежи, не дергайся. Я же тебе кричал стоять. Не надо было бежать, теперь к своим статьям еще побег, сопротивление при аресте и нападение на полицейского добавил.

– Какие статьи? Какие, о чем вы?! – в ужасе задергался уборщик. – Я ничего не делал, это Пашка, Пашка. Он, это не я! Он попросил!

– Что попросил? – вопрос одновременно вылетел у обоих оперативников.

Беглец приподнял голову и повернул к ним лицо, по грязи и крови бежали ручейки слез, прокладывая дорожки на лице совсем юного парнишки, скорее даже рослого подростка. С всхлипами парень объяснил:

– Я не Пашка, я первый раз. Я вместо него, он брат мой.

– Как твоя фамилия? – У Гурова перед глазами возник список работников технической службы метро из записки.

– Голубев, Голубев Михаил. А он Голубев Павел.

Голубев П., так вот кто скрывался за первой «П» – Павел.

– Тогда где он сам?

Парень уже рыдал в три ручья, захлебываясь от ужаса:

– Он дома, дома пьяный спит. У него деньги появились вчера, а он упился как свинья, меня попросил за пять тысяч смену отработать. Я и пошел, мы… мы похожи, я его пропуск служебный взял. А тут вы, я испугался, думал, что нас спалили. Я испугался, побежал… Думал, это из-за Пашки!

– Где он сейчас?

– Дома, дома спит, – паренек замотал головой, показывая, в какой стороне его дом.

– С нами поедешь. – Крячко помог встать Льву, а пойманного парня подхватил за шкирку, будто котенка.

Лев вытер рукавом кровь с лица, чтобы хоть немного видеть дорогу. Оглянулся на узкий проем, в котором второй раз за неделю чуть не погиб, и решил, что после этого дела будет ездить только на собственном авто. До четырех часов они с Крячко катались по ночному городу, ездили домой к братьям Голубевым. Там хмельной и красный Павел на все вопросы мычал и размахивал руками, не желая приходить в себя.