Аптекарский огород попаданки

— Вениамин Степанович Булыгин, — представился мужчина.

— Александра Ивановна Дёмина.

— Рад знакомству, сударыня…

— Не сударыня, — обрубил верзила. — Отныне Александра Ивановна — твоя помощница.

— М..моя?.. — окончательно потерялся Вениамин.

— Ну, не моя же. Ты тут вечно жалуешься, что помощников тебе не хватает. Вот. Пожалуйста. Распоряжайся.

Вот это был поворот. Во-первых, я полагала, что мне придётся работать в подчинении грубияна. Впрочем, другой потенциальный начальник мне понравился куда больше. А, во-вторых, вдруг услышала, как Вениамин аккуратно позвал Василия:

— На пару слов, брат.

Прошу нас извинить, Александра Ивановна. Вы пока располагайтесь… — он бегло оглядел оранжерею. — Где-нибудь. У нас давеча только посадка началась, особой красоты не присутствует. Но вот там, в дальней части, уже зацветают хризантемы. Не угодно ли полюбоваться?

— Разумеется. С огромным удовольствием, — улыбнулась я и оставила мужчин одних.

Стало быть, вот оно как: Вениамин и Василий — братья…

Глава 32.

Булыгины переговаривались в стороне.

Я не слышала их разговора, но почему-то мне показалось, что он был весьма напряжённым. Изредка доносились раскатистые громогласные реплики Василия в духе: «Ну, Вениамин!..» или «Да и чёрт с ним!». Возможно, он говорил «с ней», а может, они уже обсуждали нечто, не касающееся моей скромной персоны. В любом случае Вениамин, похоже, младший из братьев, постепенно сдавался под натиском своего братца-верзилы.

В конце концов ко мне подошёл только Вениамин Степанович, Василий же остался вдалеке.

Очки у молодого Булыгина запотели — от волнения или просто от жары, которая стояла в оранжерее. Здесь явно поддерживалась температура выше уличной."

"— Александра Ивановна, — сконфуженно обратился ко мне Вениамин, — дело вот в чём. Мне действительно по зарез нужен помощник. Однако… — он оглядел мой наряд, заглянул в глаза и попробовал улыбнуться. — Не поймите меня неправильно…

— Вы переживаете, что я не осилю работу, — помогла я ему.

— Именно, — с облегчением выдохнул Булыгин-младший.

— Прошу, не примите за оскорбления…

— Оскорбляться тут не на что, уважаемый Вениамин Степанович. Но могу вас заверить, что опасения ваши совершенно напрасны. Я готова к любому труду. Просто скажите, что именно нужно делать.

— Что ж… — смутился Вениамин и потупил взгляд. — Увы, я не справляюсь один с делами в оранжерее. Мой прежний помощник, Пётр Семёнович, весьма преклонного возраста. Он часто более, а недавно повредился спиной, когда поднимал кадку.