Аптекарский огород попаданки

Без дозволения папеньки или мужа я практически не имела права ступить ни шагу в этой реальности. На то, чтобы устроиться снова преподавателем в МГУ, не могло быть и речи. Для этого я должна получить образование, хоть бы какую-то «корочку», хотя моих практических знаний хватило бы не только на то, чтобы преподавать, но и на практическую работу, к которой я так мечтала вернуться.

Невзирая на сложности работы врача, мне всегда нравилось то, чем я занималась. Медицина была моим истинным призванием, которое я не променяла бы ни на что.

Но что в прошлой жизни, что в нынешней, нужно было искать компромиссы и придумывать альтернативные решения.

Женщина-врач в 1877 году в царской России? Весьма сомнительно. Однако я могла бы стать хотя бы ассистенткой или медсестрой при каком-нибудь профессоре. Да, это очень самонадеянно, но не невозможно. В конце концов, уже началась война на Балканах, и медицинский персонал будет крайне необходим. А если В.Б. тоже уехал на фронт, то, может, именно там нам и суждено встретиться…

При мысли об этом моё сердце непроизвольно сжалось.

Это лишь в любовных романах звучит высокопарно и романтично — встреча под артиллерийским огнём. В реальности же всё куда суровее и прозаичнее: моя младший братик Николаша пал на поле боя где-то под Самаркандом, и мы даже не смогли попрощаться с ним, поскольку тело так и не было найдено. Семье было вручено лишь свидетельство о смерти, в котором сухо сообщалось, что Николай Иванович Демидов героически погиб, защищая Родину от Какандского ханства. И как бы горько и жестоко это ни звучало, именно такой и была реальная жизнь во все времена.

Нужно было действовать решительно и при этом осторожно, стучаться во все возможные двери, но не витать в облаках. Особенно в части личного знакомства с В. Б. Не исключено, что этот человек вполне мог помочь мне исполнить мечту. Однако для этого его необходимо хотя бы найти, а начать стоит, конечно же, с МГУ, ну, то есть с Императорского Московского Университета, до которого от нашего Кривого переулка было рукой подать.

Стало быть, именно туда и лежал мой путь с раннего утра следующего дня.

Встав спозаранку и умывшись холодной водой, я начала сборы, покуда Груня ещё отлёживалась в кровати. Бедняжка так устала и нанервничалась, что кажется, готова была спать ещё сутки напролёт без задних ног. Она проснулась, когда я уже готова была отправиться на Моховую.

— Куда же это вы, барышня? — подскочила Груня с постели.

— Спи давай, — сказала я.