Антикиллер-5. За своего…

А что делать?

Что?

Пока ничего не успело прийти в голову, Ниндзя взял телефон, быстро набрал Берца.

– Спишь, нет?

Сонным голосом с подвываниями Берц ответил в том смысле, что конечно же, мать твою, он уже не спит, хотя только что, мать твою, спал.

– Вот только честно, Берц: ты хочешь упиться до усрачки? А перед этим денег срубить по-взрослому?

Берц ответил в том смысле, что пошел он в задницу. То есть да. То есть однозначно.

– Тогда давай, через десять минут возле строймаркета. Где козлика нахлобучили в последний раз.

Ниндзя взял на лоджии спортивную сумку через плечо, из-под мойки в кухне достал рулон пакетов для мусора. И пошел обуваться. Он очень торопился. Он ни о чем не думал. Главное – не думать. Скользить по действительности, как сноубордист на горном склоне, вопя от избытка адреналина. Обернешься, испугаешься – свернешь шею. Однозначно.

Когда он показал ружье, у Берца сразу отвалилась челюсть. Это надо было видеть.

– Можно взять?

Хотя сроду таких вопросов никому не задавал. Он всегда и все брал, не спрашивая.

Ниндзя сказал:

– Можно. Только, блин, не урони. У тебя руки, вон, трясутся.

Берц взял расчехленную пушку бережно, почти торжественно, словно собрался присягу принимать.

– Ого, тяжелый!

– Это ж тебе не игрушка и не травмат. Это настоящее оружие!

Понюхал, заулыбался. Крутил, вертел, щелкал затвором, вздыхал и шепотом матерился."

"– Вылитый «калаш».

– В магазине, где еще.

– В Гастрономе, – сострил Гвоздь.

Лопух хихикнул. Идиоты. Ниндзя показал им рожок, в который только что загнал пять патронов.

– Блин, учитесь! Вот это называется магазин. Смотрите.

Он взял у Берца винтовку, вставил рожок, передернул затвор.

– Ясно? Теперь направил, нажал курок – и человек становится трупом!

Никто не произнес ни слова. Лопух шмыгнул носом. Даже Берц, этот горлопан и подлюга, который привык считать себя пупом земли, даже он стоял, как пришибленный… Собственно, за этим Ниндзя и позвал их.

Он расставил ноги, упер приклад в плечо, медленно повел стволом поверх голов притихших товарищей.

– Машина – зверь, пацаны. Если с такого расстояния садануть, бошки посносит начисто. Мозгами все вокруг забрызгает. – Он опустил ружье. – Так что теперь весь город наш. Что будем делать, пацаны?

– Эта… Пошли на пустырь, что ли, – неуверенно сказал Гвоздь.