Антиквар

Текста там было не особенно много, но содержание примечательное: суконным, казенным, полным канцеляризмов языком излагалось, как доблестные органы правопорядка пресекли намедни на корню злокозненную деятельность шантарской антикварной «доморощенной мафии» (хорошо хоть, в кавычки поставили, мудрилы). Означенная мафия, даром что доморощенная, развернулась на всю катушку: абсолютно незаконно торговала холодным оружием, совала в карман деньги мимо кассы, ради своих меркантильных интересов сбывала первым встречным «предметы, представляющие значительную культурно-историческую ценность» – а также вовсю приторговывала советскими наградами, посягая тем самым на святое.

– Это принесли…

– А тут и объяснять не надо, – сказал Смолин. – Пресс-центр доблестного УВД, по стилю и манере изложения видно… – он небрежно бросил бумажку на стол. – Печатать будете?

– Да, редактор велел.

– Да ничего подобного, – сказал Смолин, пожав плечами. – Это вы впервые с таким встретились – а мы-то таких кампаний по борьбе и искоренению пережили чертову уйму. И все в конце концов устаканивается. Потому что у умных людей в погонах хватает настоящих криминальных забот, чтобы не заморачиваться еще и нами… – он поморщился. – Не смертельно, в общем. Просто… Просто нервы портит, вот и все. Есть повод лишний раз порассуждать о тупости иных наших законов.

– Не приходилось что-то.

– Мне тоже, – сказал Смолин. – Я за всю свою жизнь единожды слышал, чтобы преступники применяли антикварное оружие. На Урале дело было. Какие-то шустрые ребятки взяли американский кольт ста двадцати лет от роду, забили в него макаровские патроны, обмотав медной проволочкой, чтоб в барабане не хлябали, – ну, и пришили кого-то… Ладно, это огнестрел.