Аномальный наследник #08

Вдоволь набив брюхо, я расслабленно откинулся на спинку дивана.

Андрей Оболенский съел гораздо меньше меня. Опустив голову, он лениво ковырял вилкой сырники.

— Послушай, — обратил я на себя его внимание. — Мы всегда знали, что для того, чтобы создать полноценную космическую цивилизацию, нужны ресурсы всей планеты. Кроме того, нельзя покорить космос, пока у тебя в тылу вошкаются интриганы разной величины. Для того чтобы добиться высокой цели, необходимо возвыситься над государствами. И чтобы выйти за пределы империи, нам в любом случае необходимо перешагнуть через Канцлера.

— Я это понимаю, мой принц, — кивнул Андрей Оболенский. — Просто… Думаю, что всё развивается слишком быстро.

— Это да, — усмехнулся я. — План получил очередную порцию ускорения. Но… — я посерьёзнел, — не об этом сейчас нужно думать. Ты прав, Канцлер может обозлиться. Вот только вряд ли он пойдёт на открытый конфликт. Как оказалось, не всё в империи под его строгим контролем. При помощи родителей и друзей моя новоявленная тёщенька смогла улизнуть из-под носа Канцлера и провернуть столь невероятную авантюру.

— Вряд ли он попытается оспорить слова императрицы, — задумчиво проговорил великий князь Тверской."

"— Вряд ли, — кивнул я. — Её величество в своём выступлении не позволила ни единого плохого слова в адрес Годуновых. Напротив, подчеркнула важную роль Канцлера в качестве советника императора. Следуя правилам игры, Александр Борисович поддержит её. Да и… — я нахмурился, — если он подвергнет сомнению слова моей тёщи, то даст слишком хороший повод всем недовольным Годуновыми выступить против них.

— Например? — осторожно поинтересовался Андрей Оболенский.

Я коротко пересказал ему слова Сони о том, что Рюриковичи находятся под контролем Годуновых в прямом смысле этого слова.

— Напоминает возможности сарнитов-сеятелей, — задумчиво изрёк великий князь.

— Сильнейших сарнитов-сеятелей, — поправил я. — Например, тот сеятель, с которым мы столкнулись здесь, в Сибири, не мог подчинять жертву таким образом, чтобы она выглядела вполне себе обычным человеком со свободной волей.