Дикая война

Мама Глаша, глянь там миску какую старую да каши ему положи. Голодный, небось.

Кивнув, тётка шмыгнула на кухню и спустя минуту принесла кутенку солидную порцию каши, сдобренной мясом. Поставив щенка на пол, Мишка подсунул ему миску и принялся раздеваться. Настя, чуть слышно вздохнув, принялась собираться, но с явной неохотой. Помыв руки, Мишка вернулся в комнату и, увидев её сборы, сказал, подчиняясь требовательному взгляду тётки:

— Торопишься куда, Настя? Если нет, так посиди с нами. Вон, пирога ещё попробуй.

— То не я пекла, — рассмеялась Глафира. — То её работа. Глянь, какие румяные.

— Ух ты! — изобразил восхищение Мишка, принимая её игру. — Ну, раз так, то тебе тем более остаться надо.

— Зачем? — не поняла девушка.

— Как зачем? А кого я хвалить стану, когда попробую? — делано возмутился Мишка.

Мило зардевшись от смущения, Настя повесила кожушок на гвоздик и вернулась к столу. Парень, получив от тётки полный одобрения взгляд, уселся во главе стола. Получив от тётки чашку горячего чая, Мишка ухватил с тарелки кусок пирога с ягодой и, откусив, принялся с аппетитом жевать.

— Малина в меду! Мои любимые, — прищурившись от удовольствия, выдохнул он, запив кусок чаем. — И мёду в самую пропорцию. Как я люблю. Ну, Настя, и вправду мастерица. Благодарствую. Угодила.

— Кушай на здоровье, — ещё больше смутившись, негромко отозвалась девушка.

— Тятя Миша, а Настя со мной в куклы играет, пока баба Глаша занята, — громко сообщила Танюшка.

— Ну и хорошо.

— Делится она, — опустив голову и покраснев, как маков цвет, еле слышно отозвалась Настя.

Мишка отлично понял её смущение. В её возрасте сверстницы уже своих детей нянчат, а она с чужим ребёнком в куклы играет.

— Раз так, тогда рассказывайте, чего вам ещё для игры не хватает, — велел Мишка, одобрительно ей улыбнувшись. — Может, ещё мебели какой вырезать, или посуды наделать?

Того и другого у Танюшки было по два комплекта на куклу.

— Тятя Миша, а сделай нам кровати для кукол, — тут же нашлась Танюшка.

— Сделаю, дочка, — улыбнулся Мишка, погладив её по белобрысой макушке, и тут же поймал восхищённый взгляд Насти. — Для всех кукол сделаю.

Стук в дверь разбил воцарившуюся в доме семейную теплоту. Открыв, Глафира впустила в дом атамана. Сняв шапку, тот степенно перекрестился на образа, звучно промолвив:

— Мир дому сему.