Альфонсы в телогрейках, или Сколько стоит забыть тебя?

Даже малым детям известно, что наша российская тюрьма — это совсем не то заведение, где из разбойников, преступников и плохих, нечестных людей делают, методом перевоспитания, образцово-показательных граждан, которые сразу же по выходу с зоны принимаются на практике демонстрировать свои благие намерения и человеколюбие. Главное, верить и печь пирожки. Да, они меняются, только в ещё худшую сторону. Всё, что они могут обеспечить, так это отвратительную безденежную жизнь. Прости меня, моя подруженька, но богата дурами земля русская.

— Юля, прекрати! — закричала я на подругу.

— Не прекращу. Кто тебе ещё правду скажет? Знаешь, а многим в колонии нравится находиться: крыша над головой есть, кормят, иногда лечат, круг общения имеется на любой лад, никто не гундит целыми днями, работай как хочешь. Да и передачки идут постоянно. Что там, за воротами, — пофиг. Эти люди вне политики! Что ещё нужно для счастья? Многие и возвращаются обратно.

Вернулся Игорь и посмотрел на Юльку так презрительно, что она тут же поспешила удалиться.

— Не понимаю, какого хера она тут постоянно тусуется?

— Вообще-то Юля моя подруга.

— У нас не проходной двор.

— Это моя квартира, — осторожно напомнила я Игорю.

— Ты моя законная жена, а значит, у нас всё общее, — резко заявил он и достал из холодильника бутылку.

Дочка стала капризничать. Игорь расселся на диване и, чтобы не слышать её капризы, включил телевизор на полную катушку.

— Я в магазин, — сказала я.

— Купи мне бутылочек пять холодного пива, — велел Игорь.

— А деньги откуда?

— Я скоро найду.

— Ты это говоришь каждый день, — раздражённо произнесла я и закрыла за собой дверь.

Понимая, что муж никогда не устроится на работу, трудиться пошла я. Мы поменялись ролями. Теперь он сидел с малышкой, а я вкалывала, как прокажённая, чтобы кормить семью и хоть как-то погашать свои долги и кредиты. Других вариантов не было.

Однажды, когда вернулась поздно ночью, едва стоя на ногах, я услышала, что в квартире играет громкая музыка, и тут же поспешила её выключить. Уже очень поздно. Могли пожаловаться соседи.