Альфонс ошибается однажды

– А!!! Я умираю… – вдруг с пола произнес забытый всеми Диоген. И слабеющим голосом добавил: – Макаки… Бабы…

И Наталья Максимовна, и Лянка рванулись к птице. Они совсем забыли про попугая, а его нервная система просто не выдержала такого накала страстей – Диоген никогда не слышал, чтобы его любимые хозяйки так орали друг на друга. И слабое птичье сердце не выдержало.

– Диогенчик! Мальчик мой!… – ползала на четвереньках возле попугая Наталья Максимовна. – Ну что ты придумал… Ляночка, срочно звони в ветклинику, у меня там, в записной книжке… А, я сейчас сама!

Она унеслась в комнату, а когда вернулась, Диоген уже ходил по столу и уплетал арахис в шоколаде.

– Вот… только пакетиком зашуршала, как он тут же подскочил, – пояснила Лянка.

– Ага… придурялся, значит, да? – поинтересовалась Наталья Максимовна.

– Нет, мам… – покачала головой Лянка. – Он просто испугался, что мы… поссоримся.

Мать уселась напротив Лянки и вытерла со лба пот.

– И правда ведь, чуть не поссорились.

Она некоторое время сидела молча и о чем-то напряженно думала, Лянка тоже молчала.

– Ляна, мы заигрались, – проговорила наконец мать. – Мы… мы обе не правы с тобой. Спасибо Диогену – встряхнул… Митя… он…

И она снова замолчала.

– То есть… – насторожилась Лянка. – Ты не сможешь его простить и… отдаешь его мне?

Мать посмотрела на нее с какой-то грустью и покачала головой.

– Ну конечно! – засопела Лянка. – Я так и знала! Ты ему простишь все, а мне – фигу!

– Нет, – негромко заговорила Наталья Максимовна.

– Ага… – растерялась Лянка. – А жене именно такой и необходим!

– Это ее муж, ей и решать.

– А если… Яна не согласится? Ты что – забыла? У него же еще и Яночка имеется!…А если он сам не захочет, чтобы… к жене?

– А ему ничего не останется, – невесело усмехнулась Наталья Максимовна. – Если на него посмотреть, то… что такое для – он, кажется, Изветов? – так что такое для Изветова ты? Хорошенькая куколка, которую снабжает мамаша-миллионерша…

– Мама! – подбросило Лянку.

– Да, но он-то об этом не знает, – склонила голову набок Наталья Максимовна.

Дочь приутихла:

– Точно… я ему не говорила. Он думает, что я так только… фотографией балуюсь…

– Поэтому он и думает, что ты – изнеженная дочь любящей матери, – продолжала Наталья Максимовна.