Альфонс нечаянно нагрянет

 – Давайте прите к столу!

Бутылки весело звякнули, и на этот малиновый звон немедленно выскочили бодрые ребята. Они расхватали ценный продукт и легко ускакали вглубь квартиры. Женщина поторопилась следом за ними, а Люся и Василиса так и остались возле раскрытой двери. Зайти самовольно дамы не решались.

– Ну давай, Люся, шагай, – Василиса толкнула в прихожую оробевшую Люсю.

– И пра… вда… – послышалось сзади натужное пыхтение. Моника уже минут пять терпеливо томилась с ящиком водки на животе, ожидая, когда же они войдут.

 – Идите уже! Я же ж не могу так с водкой торчать!

Подруги вошли. Едва они переступили порог, как Люся стала что-то выискивать у себя в пакете и быстрым шепотом велела подруге:

– Вась, ты все разглядывай и запоминай, да отвлекай гостей, если что, а я их из твоего подарка нащелкаю."

"Однако отвлекать никого не требовалось. Большая комната была до отказа набита людьми. Все поминающие держались кучками и скорбели несколько легкомысленно.

Возле балконной двери Василиса заметила уже знакомую Тамару, она буквально разрывалась между двумя парнями – то нежно заглядывала в рот сухому, длинному типу в спортивных штанах, то радостно приседала перед вальяжным толстяком, у которого то и дело вылезала из брюк рубаха. Чуть поодаль от них коровьими глазами смотрели друг на друга Ирина, соседка Валентины, и нескладный парень в сизой рубахе. Несколько женщин в темных платьях бурно обсуждали новые цены на путевки в Турцию. Возле стола крутились согбенные старушки, украдкой ухватывали кусочки буженины с тарелок и шустро отпрыгивали в сторону. Прожевав мясо, бабушки добросовестно начинали завывать во все горло. От этого завывания народ вздрагивал, затихал, а потом снова возвращался к более животрепещущим темам. Здесь же напряженной парой восседали господа Галушкины – родители погибшей невесты. Эмма тискала в руке скляночку с успокоительным и между делом сурово тыкала благоверного в бок, тот нервно хихикал, отскакивал от супруги, но тут же горестно клонил голову к плечу, не забывая шустро стрелять глазами по незнакомым женщинам. Между гостями сновала шустрая бабенка, которая неласково встретила Люсю с Василисой, она зычно раздавала команды и считала себя тамадой. Люсю с фотоаппаратом заметили многие, и это вызвало бурную реакцию.